субъективное мнение

В деле о защите деловой репутации образовательного центра суд апелляции признал соответствующим действительности сообщение родителя в Telegram-группе о том, что ребенку давали продукты с яйцами при аллергии. Сравнение центра с «эмодзи-фекалии» суд отнес к оценочному мнению. Интересно здесь не столько оценка самого сравнения, сколько то, как суд разделил обвинение в фактах и оскорбительную оценку.

Бремя доказывания суд распределил прямо:

Обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике.

Суд посчитал, что ответчик это бремя выполнил: медицинская карта ребенка подтверждала аллергию на белок куриного яйца, а переписка с администратором центра и объяснительная записка сотрудника показали, что в блюде, поданном ребенку, был яичный белок. Служебное расследование истца и раскладка поставщика, по мнению суда, носили односторонний характер и не могли с безусловностью опровергнуть этот факт.

Довод о том, что сравнение оскорбительно, суд отклонил не по существу, а по квалификации:

Довод истца об оскорбительном характере «эмодзи-фекалии», сам по себе не трансформирует его в утверждение о факте, подлежащее опровержению.

Суд апелляционной инстанции оставил решение первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В споре о защите деловой репутации суд признал, что сообщение на Федресурсе о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве не порочит деловую репутацию: такое уведомление – предусмотренный законом способ раскрытия информации, а не распространение порочащих сведений.

Истец оспаривал не только публикацию, но и указание на его аффилированность с банкротящимся обществом. Суд счел, что вывод об аффилированности сделан публикатором по собственному анализу документов и открытых данных и является субъективным мнением, а сам термин не порочит деловую репутацию:

Состояние аффилированности допускается законом, поэтому употребление данного термина для характеристики взаимоотношений между различными предприятиями, само по себе, не является порочащим деловую репутацию лица.

Суд исходил из того, что уведомление о намерении – лишь этап перед обращением в суд:

Опубликование уведомления о намерении обратиться с заявлением о признании должника банкротом путем включения его в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц является лишь предпосылкой для последующего обращения в суд, само по себе не противоречит действующему законодательству.

Суд применил к такой публикации логику пункта 9 обзора Верховного Суда о сообщениях в государственные органы: обращение, реализующее конституционное право и не содержащее оскорбительных выражений, не влечет ответственности по статье 152 ГК РФ даже при неподтверждении сведений. Истец также не доказал, что публикация отразилась на его деятельности.

Классика диффамационного жанра! «Одна из пассажиров самолета выложила в Сеть видео, в котором говорится…» - продолжение может быть любым. Но не помогло!

Судом установлено, что спорная информация содержит утверждения о фактах, поскольку изложена в утвердительной форме, не содержит оценочных суждений, при ее прочтении складывается определенное мнение, не является выражением субъективного взгляда и может быть проверена на предмет соответствия действительности.

Девятая апелляция опять разбиралась с набившими оскомину «похоже», «якобы», «по всей видимости»:

Вопреки доводам ответчика, оспариваемые истцом сведения являются ключевыми в тексте статьи и носят утвердительный характер, а использование в статье слов-маркеров («похоже», «судя по всему», «якобы», «по всей видимости» и др.), которые могли бы свидетельствовать об оценочности суждений автора и его личном мнении, само по себе об этом не свидетельствует, поскольку оспариваемые сведения должны оцениваться судом, исходя из смыслового содержания спорного текста в целом и контекста, в котором содержатся ключевые выражения. Согласно правовой позиции Президиума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 Обзора практики рассмотрения судами дел о защите чести, достоинства и деловой репутации от 16.03.2016, не требуется доказывать соответствие действительности каждого отдельно взятого слова или фразы, необходимо исходить из ключевых утверждениях о фактах, которые составляют существо оспариваемого высказывания.

АСГМ о субъективном мнении:

При рассмотрении дел данной категории необходимо также учитывать, что в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Кроме того, удовлетворение заявленных требований означало бы отступление от конституционных гарантий свободы слова, поскольку согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации каждому в Российской Федерации гарантируется также свобода мысли и слова, право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом (статья 29, части 1 и 4 Конституции Российской Федерации).

Право каждого человека на свободное выражение своего мнения, включая свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию, идеи независимо от государственных границ, устно, письменно, посредством печати или иными способами по своему выбору, закреплено Международным пактом о гражданских и политических правах, в котором подчеркивается, что пользование этими правами налагает особые обязанности и особую ответственность и что их ограничения устанавливает закон в целях уважения прав и репутации других лиц, охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения (пункты 2 и 3 статьи 19).

…Спорные высказывания являются субъективным мнением, носят оценочный характер не образуют состава гражданско-правового правонарушения. Категоричность изложенного частным лицом мнения о товаре либо продавце не является основанием для признания такого мнения не соответствующим действительности и/или порочащим утверждением о фактах или событиях..

Арбитражный суд г. Москвы удовлетворил, апелляция отказала, кассация же все отменила, отделавшись самыми общими словами. Как теперь быть судье первой инстанции?

В силу изложенного без исследования и правовой оценки оспариваемых в рамках настоящего дела сведений на предмет того являются ли данные сведения выражением субъективного мнения и взглядов ответчиков, то есть являются ли предметом судебной защиты в порядке ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции не может признать обоснованными выводы судов. При этом следует указать, что судебные акты (как решение суда первой инстанции, которым удовлетворены заявленные исковые требования в части, так и постановление суда апелляционной инстанции, которым отказано в удовлетворении заявленных исковых требований) не содержат правовой анализ оспариваемых в рамках настоящего дела сведений по вышеуказанному вопросу.
После выяснения данных вопросов, в случае если суды придут к выводу о том, что оспариваемые в рамках настоящего дела сведения (информация) являются предметом судебной защиты в порядке, предусмотренном ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует проверить указанную информацию на соответствие действительности с учетом правильного распределения бремени доказывания и разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума ВС РФ от 24.02.2005 № 3.

Разве что, назначить лингвистическую экспертизу, как на то намекают в АС МО:

При этом суд кассационной инстанции считает необходимым обратить внимание на то, что согласно абзацу второму п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23, если при рассмотрении дела возникли вопросы, для разъяснения которых требуются специальные знания, и согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертиза не может быть назначена по инициативе суда, то при отсутствии ходатайства или согласия на назначение экспертизы со стороны лиц, участвующих в деле, суд разъясняет им возможные последствия незаявления такого ходатайства (отсутствия согласия).

Следует также указать на то, что формирование предмета доказывания в ходе рассмотрения конкретного спора, а также определение источников, методов и способов собирания объективных доказательств, посредством которых устанавливаются фактические обстоятельства дела, является исключительной прерогативой суда, рассматривающего спор по существу.
Таким образом, в тех случаях, когда у арбитражного суда имеется необходимость в получении компетентного заключения по вопросам, подлежащим разрешению исходя из предмета заявленных исковых требований и конкретных обстоятельств дела, суд праве назначить проведение по делу судебной экспертизы.

…данные фразы не могут быть проверены на их соответствие действительности, поскольку они являются отзывами и субъективными мнениями, выраженными участниками сюжета программы…

Доводы жалобы о порочащем характере спорных сведений являются субъективным мнением истца и его представителей, основанном на собственном восприятии содержания спорного сюжета программы статьи, и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела
Поскольку оспариваемые фразы не были признаны судом не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию истца судом также правомерно отказано в требовании об удалении информации и удалении страницы по соответствующим ссылкам.