Право на мнение

Сообщения, сделанные в интервью бывшими пациентами истца и специалистом являются их собственными субъективными мнениями, сформировавшимися у них в результате внутреннего восприятия объективной реальности (у пациентов), и в связи с собственными опытом и знаниями (у пациентов и специалиста), которые не являются утверждениями, и в силу их субъективности не могут быть как проверены на предмет достоверности, так и опровергнуты.

Закадровые комментарии корреспондента А. Черепниной также является выражением ее личного мнения к сложившейся ситуации, сформировавшимся у нее в период работы над предоставленными ей материалами с непосредственного места событий, а также в период создания сюжета в окончательном виде. Данное мнение также невозможно проверить на предмет достоверности, а тем более опровергнуть в силу его субъективности.

Журналист, как и любое другое лицо, вправе иметь и открыто выражать свое мнение, что гарантируется ему Конституцией Российской Федерации.

Таким образом, в показанном Первым каналом сюжете не имеется утверждений, о совершении истцом какого-либо преступления или недобросовестного поведения в своей деловой сфере, а только содержится информация о том, что в отношении истца идет проверка со стороны правоохранительных органов, инициированная на основании коллективного обращения пациентов клиники в органы прокуратуры.

То обстоятельство, что в сюжете прокурорская проверка называется доследственной не означает, что в отношении истца распространены сведения, порочащие деловую репутации, и не изменяет общий смысл сюжета.

Более того, журналист не обязан владеть на профессиональном уровне юридической терминологией.

Суд считает обоснованными доводы ответчика о том, что Первый канал не распространял каких-либо утверждений о неправомерном поведении истца при осуществлении своей уставной деятельности и не выдвигал каких-либо обвинений в его адрес.

Из текста статьи, которая содержит оспариваемые положения, не следует сведений в форме утверждений о фактах, касающихся неправомерной деятельности истца. Содержащиеся в статье высказывания автора являются его мнением, суждением, а также цитированием мнения гендиректора коллекторского агентства Дмитрия Жданухина, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Европейский суд по правам человека в деле «Гринберг против Российской Федерации» указал на то, что, принимая во внимание положения пункта 2 статьи 10 Конвенции, свобода выражения мнения распространяется не только на «информацию» и «мнения», воспринимаемые положительно, считающиеся неоскорбительными или рассматриваемые как нечто нейтральное, но и на оскорбительные, шокирующие или причиняющие беспокойство. Указанное является требованием плюрализма мнений, терпимости и либерализма, без которых бы не существовало «демократического общества».

Ни Гражданский кодекс Российской Федерации, ни Закон «О средствах массовой информации» не содержит запрета на изложение в средствах массовой информации критических суждений в отношении физических или юридических лиц.