сведения порочащие деловую репутацию

Видеозапись расклейки листовок сама по себе не доказывает, что ответчик распространял порочащие сведения. В иске управляющей компании о защите деловой репутации суд отказал: по записи нельзя установить, где и когда она снята, и нет доказательств, что спорные сведения распространяла именно собственница квартиры. Листовка называла компанию мошенниками, истец требовал опровержения и 300 000 руб. компенсации.

Суд разобрал видеозапись и указал, что по ней нельзя установить нужное для дела:

Из представленной видеозаписи невозможно достоверно установить место и время видеосъемки, а также, листовки и их содержание. Кроме того, из нее не усматривается, что именно ответчиком распространялись спорные сведения, а других доказательств, позволяющих достоверно установить указанное обстоятельство, не представлено.

Среди пробелов суд назвал отсутствие дат, времени и места съемки, сведений о записывающем устройстве и о лицах, производивших съемку. Вывод сформулирован прямо:

Представленная Истцом видеозапись не может служить доказательством распространения порочащих сведений, поскольку из содержания видеозаписи не следует, что какие-либо сведения распространяются.

Вопрос о том, порочащи ли сведения и соответствуют ли они действительности, суд не разбирал: отказ держится на недоказанности распространения.

Сведения о судебных исках, которые видны в картотеке арбитражных дел и на rusprofile.ru, не порочат деловую репутацию, если соответствуют действительности, а требования по искам законны и удовлетворены. Так решил Девятый арбитражный апелляционный суд, оставив без изменения отказ во взыскании убытков и репутационного ущерба. Истец, покупатель лекарственных препаратов, считал, что продавец подал 138 исков о взыскании неустойки и тем самым подорвал его деловую репутацию.

Суд отметил, что неверный расчет неустойки в исках сам по себе не означает сообщения недостоверных сведений:

…не может свидетельствовать о сообщении недостоверных сведений, порочащих деловую репутацию истца.

Довод о том, что иски были предъявлены исключительно для причинения вреда, суд тоже не принял: по результатам рассмотрения дел требования удовлетворены. Суд отметил, что:

исковые заявления, несмотря на их множество, были обосновано предъявлены.

В споре о защите деловой репутации кассация оставила в силе отказ в опровержении сообщений на Федресурсе: сообщения о намерении кредитора обратиться в суд с заявлением о банкротстве признаны информационными, а не порочащими. Основание – вступивший в законную силу неисполненный судебный акт, который был у публиковавшего против истцов.

Истцы, два юридических лица, оспаривали сообщения, указывая, что на дату публикации ответчики не были их кредиторами. Суды обеих инстанций исходили из того, что публикация служит оповещению заинтересованных лиц, и что такие сведения сами по себе носят информационный характер:

…что сами по себе распространенные сведения являются исключительно информационными.

Доводы заявителей кассация отклонила как основанные на неправильном толковании норм права и направленные на переоценку доказательств. Обоснованность будущего заявления о банкротстве, по мнению суда, проверяется при его рассмотрении:

Обоснованность заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) проверяется судом при рассмотрении поданного заявления.

Суд отказал в иске о защите деловой репутации к ВГТРК из-за репортажа канала «Россия-24», и кассационная инстанция оставила это решение без изменения. Позиция суда такая: оспариваемые сведения касаются не истцов, а третьего лица и его взаимоотношений с ними, а трансляция в эфире не признана документом или способом распространения порочащих предпринимателя сведений.

Истцы – два физических лица. Они полагали, что в репортаже о предпринимателе распространены сведения о их незаконной деятельности. Суд первой и апелляционной инстанций пришел к выводу, что спорные сведения касаются третьего лица и его взаимоотношений с истцами, и отказал в иске. Кассация с этим согласилась:

трансляция репортажа в эфире телеканала «Россия-24» с учетом разъяснений высшей судебной инстанции и с учетом статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации не является документом, а равно способом, с помощью которого могут быть распространены порочащие предпринимателя сведения.

Суд сослался на отсутствие совокупности обстоятельств, необходимых для удовлетворения иска, и на пункт 7 Постановления Пленума № 3. Сам репортаж в решении не пересказан: из текста видно, что сюжет связан с делом о банкротстве одной из компаний, но как он соотносится с истцами, суд разобрал в одной фразе. Оценить это по решению самостоятельно нельзя.

Сообщение на Федресурсе о намерении кредитора обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника не порочит деловую репутацию. Девятый арбитражный апелляционный суд оставил без изменения отказ в иске: публикация такого сообщения, по мнению суда, – процессуальная обязанность кредитора, а намерение не проверяется на соответствие действительности.

Истец, задолженность которого перед кредитором была погашена за два месяца до публикации, считал сообщение недостоверным и направленным исключительно на причинение вреда деловой репутации. Суд апелляционной инстанции согласился с первой инстанцией: публикация – не личная инициатива кредитора, а исполнение обязанности, которую закон возлагает на него сам:

… это процессуальная обязанность кредитора, возложенная на него законодателем в п.2.1 ст.7 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ …

Довод о недостоверности отклонен, поскольку намерение нельзя проверить на соответствие действительности:

Исходя из толкования слова «намерение», намерение лица совершить какое-либо действие в будущем является не фактом действительности, а его желанием, планом действий.

Суд отдельно указал, что сведения, опубликованные на Федресурсе, сами по себе информационны и порочащего характера не носят. Иск о защите деловой репутации без такого характера, как и без факта распространения и несоответствия действительности, не удовлетворяется (п. 7 Пленума № 3).

Сообщение, размещенное на Федресурсе о намерении кредитора обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве, не порочит деловую репутацию должника. Такой вывод сделал Девятый арбитражный апелляционный суд, оставив без изменения решение об отказе в иске о защите деловой репутации. Суд исходил из того, что намерение не является фактом, который можно проверить, а сама процедура обращения в суд относится к процессуальным правам.

Исходя из толкования слова «намерение», намерение типа совершить какое-либо действие в будущем является не фактом действительности, а его желанием, планом действий.

Суд также отделил обращение в суд от распространения сведений:

Обращение с заявлением о признании должника банкротом является процессуальным правом лица и не является действием по распространению сведений, порочащих деловую репутацию.

Позиция спорная: кассация отменила этот акт и признала такое сообщение порочащим, см. кассация. По тому же делу есть и первая инстанция.

Иск о защите деловой репутации к сайту «Известия» из-за статьи о чужих арбитражных делах. Девятый арбитражный апелляционный суд счел, что информация о ходе других процессов и о принятых в них актах не порочит деловую репутацию истца, а обстоятельства, уже оцененные судами в ином деле, нельзя заново оспорить по статье 152 ГК РФ.

Истец настаивал, что публикация содержит ложные сведения о фальсификации письменного согласия одного из ответчиков. Суд с этим не согласился: по его выводу, спорные сведения

представляют собой информацию, представленную ответчиком 1 о ходе рассмотрения иных арбитражных дел

а суды по делу № А40-28914/24 уже дали оценку отраженным в статье обстоятельствам. Поэтому иск, по выводу суда, направлен на переоценку этих обстоятельств:

не могут быть оспорены в порядке, предусмотренном нормами статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку указанные истцом обстоятельства и доказательства являлись предметом исследования и оценки судами

Безусловных доказательств того, что публикация подорвала деловую репутацию истца, он не представил.

Сообщение на Федресурсе о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве не порочит деловую репутацию. Намерение – это желание и план действий, а не утверждение о факте, поэтому его нельзя проверить на соответствие действительности. Сама подача заявления о банкротстве – процессуальное право, а не распространение сведений.

Ответчик опубликовал такое уведомление на сайте fedresurs.ru 14 октября 2024 года, без приложения каких-либо документов. Истец требовал признать сведения порочащими. Апелляционный суд оставил отказ в иске без изменения и отметил:

Поскольку утверждение ответчика о каком-либо факте при этом отсутствует, намерение не может быть проверено на предмет соответствия его действительности в момент его изъявления.

Вывод о процессуальном праве суд обосновал ссылкой на определение Верховного Суда от 29.07.2020 № 304-ЭС20-10883:

…обращение с заявлением о признании должника банкротом является процессуальным правом лица… не является действием по распространению сведений, порочащих деловую репутацию.

Суд отметил также, что намерение ответчика было основано на реальной задолженности истца более двух миллионов рублей.

Сообщение на Федресурсе о намерении кредитора обратиться с заявлением о банкротстве не порочит деловую репутацию: к такому выводу в споре о защите деловой репутации пришел девятый арбитражный апелляционный суд.

Истцы, два юридических лица, требовали обязать ответчиков опубликовать на Федресурсе опровержение и утверждали, что сообщения не соответствуют действительности и формируют негативное отношение к их деятельности. Суд согласился с тем, что сами по себе такие сведения носят информационный характер:

…сам по себе факт публикации о намерении обратиться в суд с заявлением не может порочить деловую репутацию стороны.

Намерение, по мнению суда, не факт действительности, а желание или план. Поскольку сообщение не содержит утверждений ни о каком факте, проверять там на соответствие действительности нечего:

Исходя из толкования слова «намерение», намерение лица совершить какое-либо действие в будущем является не фактом действительности, а его желанием, планом действий.

Довод о том, что на дату публикации истцы не обладали признаками банкротства, суд отклонил. Право на публикацию вытекало из вступившего в законную силу решения, которое истцы не исполнили, а обоснованность будущего заявления о банкротстве проверяется в деле о банкротстве. Кассационная инстанция по тому же делу – здесь.

…требования истца об обязании учредителя сетевого издания «Московская газета» опровергнуть опубликованные сведения являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.
Оценив представленные доказательства, судом установлено, что спорная информация содержит утверждения о фактах, поскольку изложена в утвердительной форме, не содержит оценочных суждений, при ее прочтении складывается определенное мнение, не является выражением субъективного взгляда и может быть проверена на предмет соответствия действительности.
Суд посчитал, что общий контекст, характер его изложения и смысловая нагрузка позволяют определить спорную информацию как порочащую, поскольку являются утверждениями о ведении истцом деятельности с нарушением законодательства.
С учетом этого, исковое требование о признании вышеуказанных сведений, содержащихся в публикации, подлежит удовлетворению.

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок.

По утверждению истцов указанные сведения являются заведомо ложными, не соответствуют действительности и порочат деловую репутацию истцов, нанося ущерб взаимоотношениям истцов с его партнерами и клиентами, поскольку создают у них ложное представление о неблагонадежности истцов, а также о том, что истцы, будучи субъектами хозяйственной деятельности, осуществляют ее с грубейшими нарушениями действующего законодательства Российской Федерации.

Распространенная ответчиком информация, о том, что истец влияет на государственные органы с целью принятия федерального закона, Ростехнадзор пытается лоббировать интересы частной организации («N»), прибегает совместно с представителями Ростехнадзора к недобросовестным манипуляциям, навязывает совместно с Ростехнадзором аттестацию, стремится путем обмана навязывать платные услуги по аттестации, очевидно, причиняет вред деловой репутации истца, так как бездоказательно обвиняет истца в нарушении многочисленных правовых норм законодательства РФ, недобросовестном и нечестном ведении дел.

Оценив представленные доказательства, судом установлено, что спорная информация содержит утверждения о фактах, поскольку изложена в утвердительной форме, не содержит оценочных суждений, при ее прочтении складывается определенное мнение, не является выражением субъективного взгляда и может быть проверена на предмет соответствия действительности.

Суд посчитал, что общий контекст писем, характер их изложения и смысловая нагрузка позволяют определить спорную информацию как порочащую, поскольку являются утверждениями о нарушениях истцом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в общественной жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности.

Кроме того, названные утверждения порочат деловую репутацию истца, поскольку создают у потенциальных партнеров, клиентов или заказчиков ложное представление о том, что истец, будучи субъектом хозяйственной деятельности, осуществляют ее с грубейшими нарушениями действующего законодательства. Такие утверждения формируют негативное общественное отношение к хозяйственной деятельности истца и наносят ему репутационный вред.

Оценив представленные доказательства, судом установлено, что спорная информация содержит утверждения о фактах, поскольку изложена в утвердительной форме, не содержит оценочных суждений, при ее прочтении складывается определенное мнение, не является выражением субъективного взгляда и может быть проверена на предмет соответствия действительности.

Суд посчитал, что общий контекст статьи, характер ее изложения и смысловая нагрузка позволяют определить спорную информацию как порочащую, поскольку являются утверждениями о недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности.

Кроме того, названные утверждения порочат деловую репутацию истца, поскольку создают у потенциальных партнеров, клиентов или заказчиков ложное представление о том, что истец, будучи субъектом хозяйственной деятельности, осуществляют ее недобросовестно. Такие утверждения формируют негативное общественное отношение к хозяйственной деятельности истца и наносят ему репутационный вред.

О контексте сообщения…

Ответчик полагает, что по делу не доказано распространение сведений именно об истце, поскольку аббревиатура IRU может относиться к ряду организаций. Между тем, оспариваемые сведения, являющиеся лишь частью сообщения, подлежат оценке в контексте всего сообщения. В том же абзаце, в котором содержатся оспариваемые сведения, имеется информация о предстоящих переговорах с Международным союзом автомобильного транспорта для обеспечения интересов РФ, после чего приведена оспариваемая фраза. В данном контексте оспариваемые сведения однозначно воспринимаются как относящиеся к истцу…