компенсация репутационного вреда

Сведения о судебных исках, которые видны в картотеке арбитражных дел и на rusprofile.ru, не порочат деловую репутацию, если соответствуют действительности, а требования по искам законны и удовлетворены. Так решил Девятый арбитражный апелляционный суд, оставив без изменения отказ во взыскании убытков и репутационного ущерба. Истец, покупатель лекарственных препаратов, считал, что продавец подал 138 исков о взыскании неустойки и тем самым подорвал его деловую репутацию.

Суд отметил, что неверный расчет неустойки в исках сам по себе не означает сообщения недостоверных сведений:

…не может свидетельствовать о сообщении недостоверных сведений, порочащих деловую репутацию истца.

Довод о том, что иски были предъявлены исключительно для причинения вреда, суд тоже не принял: по результатам рассмотрения дел требования удовлетворены. Суд отметил, что:

исковые заявления, несмотря на их множество, были обосновано предъявлены.

Компенсация вреда деловой репутации не взыскивается сама по себе: в иске компании к контрагенту о 1 000 000 руб. отказано, хотя истец связывал ущерб с записью о задолженности в бюро кредитных историй и со сведениями на сайте ответчика. Суд исходил из того, что убытки должен доказать истец, и доказательств не нашлось.

Вместе с тем, истец не представил доказательств того, что оно обращалась за получением кредитного финансирования в банки и был получен отказ.

Сумма тоже не обоснована. Суд сослался на п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 25: по этому разъяснению размер убытков должен быть установлен так:

размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Истец не привел расчета для суммы в 1 000 000 руб. Отдельно 450 000 руб., заявленные как убытки, суд признал судебными расходами по другому делу и оставил без рассмотрения.

В деле о статье на сайте nedvigram.ru компенсация репутационного вреда не взыскана. Суд отказал девелоперу в иске к хостинг-провайдеру, который обеспечивал размещение сайта, и указал, что сам факт распространения порочащих сведений не равен ущербу для деловой репутации. Истец должен доказать сформированную репутацию и утрату доверия к ней, а таких доказательств он не представил.

Спорным было утверждение об отсутствии у истца разрешения на строительство. Суд признал его соответствующим действительности, сославшись на текст опровержения самого истца: по его собственному описанию, апартаменты были выведены в продажу до получения разрешения на строительство.

Отдельно суд разобрал довод о компенсации:

Факта распространения ответчиком сведений, порочащих деловую репутацию истца, недостаточно для вывода о причинении ущерба деловой репутации и для выплаты денежного возмещения в целях компенсации за необоснованное умаление деловой репутации.

Требование о компенсации морального вреда юридическому лицу суд тоже отклонил со ссылкой на определение Верховного Суда:

Кроме того, возможность заявления юридическим лицом требований о компенсации морального вреда в рамках иска о защите его деловой репутации исключена, что подтверждается определением Верховного Суда РФ от 17.08.2015 по делу № А50-21226/2014.

Компенсация репутационного вреда за уведомление о банкротстве на Федресурсе не взыскана: суд не признал его распространением порочащих сведений. Акционерное общество связывало с публикацией кредитора о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве приостановку выдачи банковских гарантий и требовало 663 787 руб. 17 коп. Суд отказал в иске полностью: по его мнению, уведомление является предусмотренным законом механизмом раскрытия информации.

Опорой для вывода стала мысль, что включение уведомления в реестр – лишь шаг к суду:

Опубликование уведомления о намерении обратиться с заявлением о признании должника банкротом путем включения его в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц является лишь предпосылкой для последующего обращения в суд, само по себе не противоречит действующему законодательству.

Суд сослался на пункт 2.1 статьи 7 Закона о банкротстве: кредитор обязан включить сообщение в реестр в установленный срок. Обращение в суд с заявлением суд отнес к процессуальному праву, которое «не является действием по распространению сведений, порочащих деловую репутацию». Отдельно суд указал, что истец не доказал снижения доверия к себе и причинной связи с публикацией: сам факт распространения сведений, по мнению суда, недостаточен для вывода о причинении ущерба деловой репутации.

В споре о компенсации репутационного вреда арбитражный суд не счел распространением порочащих сведений публикацию на Федресурсе о намерении кредитора обратиться в суд с заявлением о банкротстве. По логике суда, обращение с таким заявлением – процессуальное право лица, а не действие по распространению сведений, и влечет иные правовые последствия, чем предусмотрены статьей 152 ГК РФ. Иск на 663 787,17 рубля отклонен.

Суд опирался и на второе основание: истец не доказал ни сформированной репутации, ни неблагоприятных последствий, ни причинной связи между публикацией и суммой, которую он согласился выплатить по соглашению в другом деле. Формулировка о процессуальном праве заслуживает внимания сама по себе:

обращение с заявлением о признании должника банкротом является процессуальным правом лица, возможность реализации которого предусмотрена АПК РФ, Законом о банкротстве, гарантируется статьей 46 Конституции Российской Федерации, не имеет под собой намерения причинения вреда истцу, не является действиями по распространению сведений, порочащих его деловую репутацию

Что касается доказывания, суд прямо указал, что факт публикации сам по себе ничего не решает:

Факта распространения ответчиком сведений, порочащих деловую репутацию истца, недостаточно для вывода о причинении ущерба деловой репутации

«Компенсация репутационного вреда» на марше… Казалось бы, столько копий сломано о том, чтобы никаких «компенсаций» репутационного вреда не присуждать. Только убытки и только по общим правилам присуждения убытков.

И тем не менее, в деле Театр Олега Табакова против газеты «Новые Известия» апелляция оставила в силе решение о присуждении компенсации… Несмотря на наш прогноз ))

Что ж, ждем кассации и надеемся, что ответчику хватит сил дойти до Верховного суда. Вдруг речь идет о возрождении института «репутационных компенсаций». При этом, следует признать, определенную путаницу внесло ставшее знаменитым определение ВС РФ № 307-ЭС16-8923 и последовавший Обзор судебной практики 2017 г., использовавший заветное слово «компенсация»… ))

Факта распространения ответчиком сведений, порочащих деловую репутацию
истца, достаточно для вывода о причинении ущерба деловой репутации и для выплаты
денежного возмещения в целях компенсации за необоснованное умаление деловой
репутации.

О превратностях института компенсации репутационного вреда. Казалось бы, суды пришли к единому мнению: никаких компенсаций - только убытки. С доказыванием причинно-следственной связи, установлением сложившейся деловой репутации и проч. Тем не менее, судья АСГМ Андрей Чадов присудил театру О.Табакова именно компенсацию репутационного вреда. Апелляция, не сомневаемся, поправит.

В Определении от 04.12.2003 г. № 508-О Конституционный Суд Российской Федерации разъяснил, что применимость того или иного конкретного способа защиты нарушенных гражданских прав к защите деловой репутации юридических лиц должна определяться исходя именно из правовой природы данного субъекта. При этом отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в т.ч. нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание (отличное от содержания морального вреда, причиненного гражданину), которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (п. 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данный вывод основан на положении ч. 2 ст. 45 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.
Размер компенсации не зависит от стоимости возможных имущественных потерь, связанных с распространением не соответствующих действительности, порочащих сведений, поскольку лицо, чья деловая репутация была нарушена, вправе требовать от нарушителя не только компенсации, но и возмещения убытков, причиненных распространением порочащих сведений.
В Постановлении от 17.07.2012 г. № 17528/11 Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что нематериальный (репутационный) вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права юридического лица, подлежит компенсации на основании п. 2 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Между тем, суд считает, что заявленный размер компенсации является необоснованным и несоразмерным последствиям нарушения прав истца, в связи с чем подлежит снижению до 100.000 рублей.

Новый Обзор практики Президума ВС РФ в действии. Компенсации репутационного вреда отныне не существует. Пострадавшим предлагается взыскивать убытки…

Вместе с требование о взыскании с ответчика компенсации нематериального (репутационного вреда) в размере 500.000 руб. удовлетворению не подлежит, исходя из следующего.

В соответствии с пунктами 9, 11 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

В Обзоре практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016 г., также разъяснено, что по делам, рассмотренным до 1 октября 2013 г. (даты вступления в силу Федерального закона от 2 июля 2013 г. № 142-ФЗ), требования о компенсации морального вреда заявлялись и юридическими лицами, которым на основании пункта 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (в ранее действующей редакции) такое право было предоставлено в случае распространения о них сведений, порочащих их деловую репутацию. Ныне действующая статья 152 Гражданского кодекса Российской Федерации исключает применение нормы о компенсации морального вреда при распространении сведений, затрагивающих деловую репутацию юридического лица (пункт 11).

С учетом этого юридические лица и индивидуальные предприниматели как субъекты предпринимательской деятельности вправе защищать свою деловую репутацию путем опровержения порочащих их сведений или опубликования своего ответа в печати, а также заявлять требования о возмещении убытков, причиненных распространением таких сведений.

Применение к нарушению деловой репутации именно такого способа защиты как компенсация, хоть и выраженного в денежной форме, но носящего компенсаторный характер, то есть не являющегося эквивалентом нарушенного нематериального блага, обусловлено не только невозможностью определения стоимостной оценки такого нематериального блага как деловая репутация, но и целевым назначением данного способа защиты (компенсация), направленным не на возмещение вреда и возвращение потерпевшего в первоначальное положение (что исходя из нематериального характера нарушенного права невозможно), а на уравновешивание неимущественной потери.

Таким образом, законодателем определено, что размер компенсации не зависит от стоимости возможных имущественных потерь, связанных с распространением не соответствующих действительности, порочащих сведений, поскольку лицо, чья деловая репутация была нарушена, вправе требовать от нарушителя не только компенсации, но и возмещения убытков, причиненных распространением порочащих сведений (пункт 5 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Окончательный размер компенсации определяется судом, при этом суд не может быть связан с тем размером компенсации, на котором настаивает истец, а исходит из положений части 2 статьи 151, пункта 2 статьи 1101 ГК РФ, согласно которым основополагающим принципом при определении размера подлежащей взысканию компенсации являются требования разумности и справедливости, предполагающие добросовестный баланс своих и чужих интересов, учет имущественного положения причинителя вреда и поведения самого потерпевшего, соответствие поведения участников правоотношений принятым в обществе нормам поведения.

Важное дело… Интересно, как сложиться его судьба в апелляции и кассации.

В этой связи в зависимости от избранного истцом способа защиты нарушенного права компенсация вреда, причиненного деловой репутации, может иметь вид (1) компенсации «материальных убытков», сходное с упущенной выгодой, либо может иметь вид (2) компенсации «нематериальных убытков», к которым не применим термин упущенной выгоды, либо вид (3) компенсации нематериального вреда, не имеющего вообще какого-либо денежного эквивалента (публичное опровержение сведений и т.д.).

В первом случае вред деловой репутации оценивается исходя из имущественных потерь.

Во втором случае вред оценивается исходя из общих последствий (неопределенность в планировании решений, препятствия в управлении компанией (для которых не существует четкого метода подсчета) и, наконец, хотя и в меньшей степени, беспокойство и неудобства, причиненные членам руководства компании.

В третьем случае вред вообще не подлежит имущественной оценке, а его возмещение происходит неимущественными средствами.

В этой связи определение правовой природы вреда, причиненного деловой репутации, должно происходить индивидуально в каждом конкретном случае.

Учитывая правовое обоснование и содержания требования о взыскании компенсации репутационного вреда, следует, что истцы руководствовались вторым способом, указав в просительной части компенсацию «нематериальных убытков», о чем свидетельствует отсутствие в исковом заявлении четкого метода подсчета суммы компенсации в общем размере 10.000.000 рублей.

Нематериальным характером данного блага (права) определяется и неимущественный характер вреда, причиняемого потерпевшему в случае нарушения другим лицом данного права, и, соответственно, определяется особый вид защиты - компенсация.

Применение к нарушению деловой репутации именно такого способа защиты как компенсация, хоть и выраженного в денежной форме, но носящего компенсаторный характер, то есть не являющегося эквивалентом нарушенного нематериального блага, обусловлено не только невозможностью определения стоимостной оценки такого нематериального блага как деловая репутация, но и целевым назначением данного способа защиты (компенсация), направленным не на возмещение вреда и возвращение потерпевшего в первоначальное положение (что исходя из нематериального характера нарушенного права невозможно), а на уравновешивание неимущественной потери.

Таким образом, законодателем определено, что размер компенсации не зависит от стоимости возможных имущественных потерь, связанных с распространением не соответствующих действительности, порочащих сведений, поскольку лицо, чья деловая репутация была нарушена, вправе требовать от нарушителя не только компенсации, но и возмещения убытков, причиненных распространением порочащих сведений.

Компенсация репутационного вреда определяется судом при вынесении решения в денежном выражении.

В силу ст. 51 Закона Российской Федерации от 27.12.1991 г. № 2124-1 «О средствах массовой информации», не допускается использование прав журналиста в целях распространения слухов под видом достоверных сообщений, а также запрещается использовать право журналиста на распространение информации с целью опорочить гражданина по признакам его профессии или работы, а также в связи с его политическими убеждениями.

В ходе рассмотрения спора по существу ответчиком не представлено достаточных и достоверных доказательств в подтверждение достоверности опубликованных сведений.

Порядок опровержения не соответствующих действительности сведений, распространенных в средствах массовой информации, установлен в ст. 44 Закона Российской Федерации 27.12.1991 г. № 2124-1 «О средствах массовой информации», согласно которой в опровержении должно быть указано, какие сведения не соответствуют действительности, когда и как они были распространены данным средством массовой информации.

В соответствии с п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» опровержение, распространяемое в средстве массовой информации в соответствии со ст. 52 Гражданского кодекса Российской Федерации, может быть облечено в форму сообщения о принятом по данному делу судебном решении, включая публикацию текста судебного решения.

Единственная загадка, каким образом суд усмотрел солидарную ответственность автора и издания.

Истец, воспользуюсь правом, установленным п. 5 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, требует компенсации в общем размере 1.000.000 рублей, однако, суд, исходя из характера нарушения, степени вины нарушителя, недоказанность вероятных убытков, а также, исходя из принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, посчитал возможным уменьшить сумму компенсации до 200.000 рублей.

Дело о «редиректе»…

Выслушав представителей сторон, изучив представленные в дело доказательства, суд считает, что истцами не доказано, что информация на сайте размещена ответчиками, доводы ответчика о произведенном редиректе не опровергнуты истцами.

Судья Фатеева неплохо расписала условия, при которых возможна компенсация нематериального (репутационного) вреда, со ссылкой на известное Постановление ВАС РФ.

Кроме того, истцами заявленные требования о компенсации нематериального (репутационного) вреда, данные требования не подлежат удовлетворению по следующему:

Согласно Постановления Высшего Арбитражного Суда РФ от 17 февраля 2012 года № 17528/11 указано следующее, что на основании пункта 2 статьи 1099 Гражданского кодекса подлежит компенсации нематериальный (репутационный) вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права юридического лица.

Следовательно, юридическое лицо, чье право на деловую репутацию нарушено действиями по распространению сведений, порочащих такую репутацию, вправе требовать возмещения нематериального (репутационного) вреда, при доказанности общих условий деликтной ответственности (наличия противоправного деяния со стороны ответчика, неблагоприятных последствий этих действий для истца, причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением неблагоприятных последствий на стороне истца), за исключением условия о вине ответчика, поскольку действующее законодательство (статья 1100 Гражданского кодекса) не относит вину к необходимым условиям ответственности за вред, причиненный распространением сведений, порочащих деловую репутацию.

Для подтверждения наступления неблагоприятных последствий в виде нематериального вреда деловой репутации истца необходимо установить факт сформированной деловой репутации истца, а также факт утраты доверия к его репутации, следствием чего может быть сокращение числа клиентов и утрата конкурентоспособности.

При выявлении причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением неблагоприятных последствий на стороне истца суды должны учитывать наличие реальной возможности влияния действий ответчика на формирование мнения об истце у третьих лиц.

Однако, представителем истцов в обосновании заявленных требований о компенсации нематериального (репутационного) вреда в исковом заявлении не указаны и не представлены доказательства наступления деликтной ответственности.

Российская арбитражная практика

1. ОАО «ИСКЧ» v. журнал «Русский репортер». Дела №А40-45451/14, №А40-79718/2013

= 44,4 млн. руб.

первая инстанция (25.10.2013 г.): опубликовать ответ, признать действия незаконными

первая инстанция (29.10.2014 г.): 3,5 млн. руб. компенсации репутационного вреда, 40,8 млн. руб. убытков, удалить интернет-страницы

2. ОАО «Альфа-банк» v. газета «Коммерсантъ».
Дело №А40-40374/04

= 40,8 млн. руб.
первая инстанция (27.10.2004 г.): 300 млн. руб. возмещения репутационного вреда, 20,5 млн убытков, опубликовать опровержение;
апелляция (31.12.2004 г.): убытки снижены до 10,8 млн. руб., в остальной части - без изменения.
кассация (30.03.2005 г.): возмещение репутационного вреда снижено до 30 млн. руб., , в остальной части - без изменения.

Арбитражный суд г. Москвы вынес решение по иску российской публичной биотехнологической компании ОАО «Институт стволовых клеток человека» к журналу «Русский репортер» о взыскании убытков, компенсации репутационного вреда и удалении страниц.

Интересы Института представляло наше бюро.

Напомним, что учредитель журнала «Русский репортер» - ЗАО «Медиахолдинг Эксперт» в течение года не исполнял предыдущее решение суда об обязании опубликовать ответ на статью. Второй ответчик - ЗАО «Группа Эксперт», разместил спорную публикацию на своем сайте.

В результате, с ЗАО «Группа Эксперт» (администратор домена) взыскано - 20,4 млн руб. убытков, 2 млн. руб. компенсации репутационного вреда, с ЗАО «Медиахолдинг Эксперт» (учредитель журнала) - 20,4 млн руб. убытков, 1,5 млн. руб. компенсации репутационного вреда. Суд также обязал удалить спорную статью из сети интернет. Решение пока не вступило в законную силу, готовимся к апелляции и кассации. Однако, не теряем надежды на мирный, то есть «мировой», исход дела.

Следует отметить, что размер взысканных убытков и компенсаций в связи с публикациями в СМИ является рекордным не только для нашего бюро, но и для российской судебной практики в целом. Для сравнения, по громкому делу «Альфа-Банк v. газета Коммерсантъ» в итоге было взыскано 10,8 млн руб. убытков и 30 млн. руб. возмещения нематериального вреда.

По словам генерального директора ОАО «ИСКЧ» Артура Исаева: «Несмотря на выигрыш… мы готовы пойти навстречу Русскому Репортеру и ответчикам и заключить мировое соглашение даже на этом этапе. Если же это сделать не удастся, то все 44,4 миллиона рублей мы направим в благотворительные фонды для лечения детей с лейкозами и наследственными заболеваниями».

Из решения суда:

По смыслу вышеуказанных норм закона, для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать нарушение своего права, наличие причинной связи между нарушением права и возникшими убытками, а также размер убытков.

Так, материалы дела свидетельствуют, что истцом доказана противоправность поведения ответчиков, незаконность действий (бездействия), наличие и размер причиненного вреда, вина ответчиков, а также наличие прямой причинной связи между действиями ответчиков и причиненными истцу убытками.

Учитывая, что истцом представлены доказательства, свидетельствующие о причинении убытков юридическому лицу, то суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований за счет ответчиков в равных долях.

Что касается требований о взыскании компенсации репутационного вреда, то оно подлежит частичному удовлетворению, исходя при этом из следующего…
юридическое лицо, чье право на деловую репутацию нарушено действиями по распространению сведений, порочащих такую репутацию, вправе требовать возмещения нематериального (репутационного) вреда при доказанности общих условий деликтной ответственности, наличия противоправного деяния со стороны ответчика, неблагоприятных последствий этих действий для истца, причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновения неблагоприятных последствий.

UPDATE 12/03/2015 - ОАО «ИСКЧ» и журнал «Русский репортер» заключили мировое соглашение.

Суд отклоняет доводы ответчика о том, что решение в отношении незаконности его действий вступило в законную силу 20.06.2013 и срок нахождения истца в реестре (до 19.07.2013) является незначительным. Поскольку действия третьего лица, явившиеся основанием включения ООО «Ариес» в реестр были признаны незаконными ранее ФАС России наделенная соответствующими полномочиями обязана была удалить запись из реестра об ООО «Ариес».

Суд считает, что оспариваемые истцом сведения носят порочащий деловую репутацию истца характер, поскольку создают у потенциальных партнеров, клиентов или заказчиков ложное представление о том, что истец, будучи субъектом хозяйственной деятельности, осуществляет ее с грубейшими нарушениями действующего законодательства. Такая информация формирует негативное общественное отношение к хозяйственной деятельности истца и наносит ему репутационный вред.

…В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2012 № 17528/11 сформулирована правовая позиция, согласно которой, если орган государственной власти, иной субъект допустил незаконное вмешательство в осуществление лицом предпринимательской деятельности и в результате вмешательства был причинен вред деловой репутации данного лица, такое лицо должно иметь возможность получить справедливую денежную компенсацию причиненного ему нематериального вреда в соответствии с действующим законодательством…

…Юридическое лицо, чье право на деловую репутацию нарушено действиями по распространению сведений, порочащих такую репутацию, вправе требовать возмещения нематериального (репутационного) вреда при доказанности общих условий деликтной ответственности (наличия противоправного деяния со стороны ответчика, неблагоприятных последствий этих действий для истца, причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением неблагоприятных последствий на стороне истца), за исключением условия о вине ответчика, поскольку действующее законодательство (статья 1100 Гражданского кодекса) не относит вину к необходимым условиям ответственности за вред, причиненный распространением сведений, порочащих деловую репутацию…

…Для подтверждения наступления неблагоприятных последствий в виде нематериального вреда деловой репутации истца необходимо установить факт сформированной деловой репутации истца, а также факт утраты доверия к его репутации, следствием чего может быть сокращение числа клиентов и утрата конкурентоспособности.