иски к телекомпаниям

Суд считает несостоятельным довод апелляционной жалобы о том, что для индивидуализации компании ООО «Роосбликпром» достаточно показать лицо ее руководителя и его фамилию, поскольку генеральный директор истца не является публичным лицом, широкому кругу лиц он не известен.

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод истца о нарушении его деловой репутации сообщением ответчика о качественных характеристиках, в том числе и запаха свегеля, запатентованного истцом. Судебная коллегия полагает, что распространение информации о продукте свегель среди зрителей телеканала не создает общеизвестного факта по смыслу части 1 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости распространенной информации именно к ООО «Роосбликпром»…

Факт наличия либо отсутствия в продукции истца запаха не может носить порочащий характер для патентообладателя.

Судом установлено, что 27.08.2010 на телеканале ответчика «СТС-Прима» вышло в эфир информационное сообщение следующего содержания: «Директор «Норникеля» Владимир Стржалковский обещал, что в 2009 году стартует программа по сокращению выбросов комбината вдвое. Но последние замеры Природнадзора показали: по сравнению с 2002 выбросы в атмосферу выросли на 20 тысяч тонн» (сообщение № 1). Указанное сообщение также было размещено на интернет-сайте www.prima-tv.ru в статье под заголовком «Жизнь в Норильске – постоянный экстрим»…

….Суд пришел к выводу о том, что сообщение № 1 является по своей сути суждением, не содержит конкретных сведений, порочащих деловую репутацию истца, свидетельствующих о его недобросовестности и нарушении им норм законодательства.

Довод заявителя о том, что сообщение № 1 не является оценочным суждением, следует признать обоснованным, поскольку в нем приводится конкретный факт увеличения выбросов в атмосферу со ссылкой на официальный источник (данные Природнадзора). Указанные сведения могли быть проверены судом на соответствие их действительности.

Вместе с тем, такая квалификация, данная судом, не повлекла за собой принятия неправильного решения, поскольку суд признал, что это сообщение не содержит порочащих истца сведений.

Исследовав и оценив сообщение № 2 в контексте статьи «Одним из поводов визита премьера в Норильск стал спор акционеров НорНикеля» в целом, суд пришел к выводу о том, что оно содержит сведения о факте наличия на интернет-форуме суждений пользователей сети, обсуждающих ситуацию в городе Норильске, с цитированием их и указанием источника заимствования информации.

Исходя из указанных обстоятельств, суд отказал в удовлетворении исковых требований.

Так, конкретные обстоятельства дела, способ изложения информации позволяют сделать судебной коллегии вывод о том, что оспариваемые истцом высказывания ответчика Шамрея В.К., распространенные в отношении Кашпировского А.М. как ответ на вопрос журналиста в документальном фильме «<…>» о том, что «… Он прекрасно отдавал себе отчет, выходя на средства массовой информации, когда он с телевидения пытался оказывать, психотерапевтические, в кавычках, сеансы. Конечно, прекрасно понимал, что наносит вред значительному числу людей, что потом нашло свое подтверждение, и ряд этих пациентов у нас в клинике были, и в академии находились с осложнениями, тяжелейшими после его сеансов…», распространенные 19.02.2008 на сайте телеканала «<…>» http:// <…> в сети Интернет, не могут рассматриваться как утверждения о фактах или событиях, а являются мнением, суждением и убеждением ответчика, его оценкой деятельности истца при проведении телевизионных сеансов психотерапии с учетом профессиональной деятельности ответчика, которые не могут быть проверены на соответствие действительности, а следовательно и быть предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ.

В данных выражениях не содержится никаких утверждений о деятельности истца - ООО «МИЛАС ЭКСТРА». Истец в данном утверждении не упоминается. При отсутствии индивидуализации Истца в распространенных сведениях отсутствует и негативная оценка конкретного лица, в том числе ООО «МИЛАС ЭКСТРА»…

Более того, по своей конструкции вторая фраза вы думаете, оно чем-то отличается от взрослого? это вопросительное предложение, а не утверждение.

Согласно общим выводам специалиста, проведенный семантический и синтаксический анализ фрагмента «в переходе озирается неприметная женщина, подозревают, что именно она вторая шахидка» показывает, что в первом предложении сведения переданы в форме явного (эксплицитного) утверждения, во втором предложении «подозревают, что именно она вторая шахидка» придаточное предложение «что именно она вторая шахидка» передает сведения в форме предположения. На это указывает семантика глагола «предполагать» и толкования его значений, представленные в толковых словарях русского языка. Специалист указывает, что фраза «подозревают, что именно она вторая шахидка» представляет собой сложноподчиненное предложение, причем главное предложение – подозревают – является неопределенно-личным, то есть указывает на неопределенный круг лиц. Следовательно, авторство сведений, передаваемых во фразе «подозревают, что именно она вторая шахидка», не определено – данные сведения в форме предположения отнесены к неопределенному кругу лиц. Анализируя спорную фразу «Лицо современного терроризма такое же простое, незаурядное…», специалист приходит к выводу, что эта фраза представляет собой эксплицитное, то есть явное сравнение; в рассматриваемой фразе человек, относительно которого произносится эта фраза, не отождествляется с террористом, речь идет о сходстве по внешнему виду, то есть сообщается, что террористов трудно отличить от обычных людей. Отвечая на поставленные вопросы, специалист указывает, что использованное сравнение внешнего облика женщины в видеоряде с характеристиками терроризма преследует цель показать, что проявления терроризма до какого-то момента обыденны; террористы часто не отличаются от обычных людей, более того, обычные люди могут вызывать ложные подозрения у окружающих. Таким образом, специалист приходит к выводу, что слово лицо не обозначает женщину, представленную в видеоряде, а указывает на характеристики внешнего сходства сравниваемых сущностей (л.д.46-55)…

Суд указал, что утверждения истца, содержащиеся в исковом заявлении о распространенных по телекоммуникационным системам недействительных и порочащих сведений, представляют собой лишь ее собственную трактовку этих сведений и их субъективное видение и представление по данному вопросу, отличное от фактического содержания как самих фраз, произнесенных ведущим программы, так и общего содержания программы.

Таким образом, суд обоснованно указал, что фамилии Немцова, Рыжкова и Милова употреблены в этом вопросе и ответе на него не в качестве имен собственных, а исключительно в нарицательном значении этих фамилий для обозначения определенного класса политических деятелей, обладающих сходным набором методов ведения политической дискуссии, что явно следовало из обобщающего характера данного вопроса и корреспондирующего ответа на него, указывающего на общую, не индивидуализированную группу политиков.
Одновременно, суд учел, что требований об опровержении иных высказываний Председателя Правительства Российской Федерации Путина В.В. в отношении данной категории лиц применительно к продолжению названной фразы: «Денег и власти, чего они еще хотят?! … Их от кормушки оттащили, они поиздержались, хочется вернуться и пополнить свои карманы. Но, я думаю, что если мы позволим им это сделать, они отдельными миллиардами уже не ограничатся, они всю Россию распродадут», - в рамках настоящего иска Немцовым Б.Е., Рыжковым В.А. и Миловым В.С. не заявлялось.

Данные суждения в установленном порядке истцами оспорены не были, хотя носили с оспариваемым высказыванием «В свое время они поураганили, в 90-х годах, утащили вместе с Березовскими и теми, кто сейчас находится в местах лишения свободы, о которых мы сегодня вспоминали, немало миллиардов» - взаимосвязанный характер.

Как правильно указал суд, в своем выступлении Председатель Правительства Российской Федерации Путин В.В. выделил определенные факторы, побуждающие ранее названную группу лиц к сомнительным действиям, направленным на достижение «денег и власти», одним из которых являлась общая обстановка, сложившаяся в 90-ых годах прошлого века, когда представители государства и приближенные к ним лица, часть из которых «сейчас находится в местах лишения свободы», «утащили … немало миллиардов».

Данное высказывание являлось отражением непосредственного восприятия Путиным В.В. как Председателем Правительства РФ (ранее Президентом РФ) тех проблем и явлений, которые существовали на момент его назначения (избрания) на должность.

На телеканале РЕН ТВ 28 ноября 2009 года, в программе «******» был показан сюжет о коррупционном скандале в ****** области. В ходе сюжета человеком, чье лицо скрыто, была произнесена, в частности, фраза: «На дочь губернатора Лапонову переводились имущественные права, денежные средства, полученные в результате преступлений». При этом в кадре имеется подпись «оперативный сотрудник УФСБ по ****** области»…

Суд также обосновано пришел к выводу о том, что оспоренная фраза, в которой упомянута фамилия истца и родство истца с Губернатором ***** области, не содержит иных сведений об истце, которые могли бы быть проверены на предмет соответствия их действительности. Из содержания оспоренной фразы не следует, что истцом совершались какие-либо действия, поскольку говорившим использован возвратный глагол («переводились»), который не указывает на исполнителя действия.

При оценке оспоренной фразы суд учел, что непосредственное произнесение фразы предваряется словами журналиста: «Все это, по словам представителей правоохранительных органов, вызвало у них массу вопросов. Над поисками ответов милиционеры и сотрудники ФСБ из Москвы и ***** работали почти год. И выяснили, по их словам, удивительные вещи». Указанные слова свидетельствуют о том, что оспоренная фраза является выражением субъективного мнения лица, ее произнесшего, в связи, с чем не может являться предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, т.к. не может быть проверена на предмет соответствия ее действительности. Указанный вывод суда основан на п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, также деловой репутации граждан и юридических лиц», которым разъяснено, что судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Свои требования истица обосновала тем, что 12 и 13 января 2010 г. в вечернем и утреннем эфире Третьего канала, в передачах «Город новости» и «Утро города», демонстрировались фрагменты оперативной съемки 2005 г. на тему коррупции в дошкольных учреждениях, в которых истица была представлена как должностное лицо, совершившее преступление. При этом, до зрителей была доведена информация необходимости уплатить 2.000 долларов США для зачисления в детский сад, и что Арбатская Н.А. брала взятки, в том числе с многодетных и неполных семей и данные денежные средства тратились на нужды заведующей. Между тем, уголовное дело, в рамках которого производилась оперативная съемка, прекращено в 2006 г. за отсутствием в действиях истицы состава преступления. Арбатская Н.А. просила взыскать с ответчика денежную компенсацию в размере 500.000 руб., оплату госпошлины в размере 200 руб., а также оплату услуг представителя в размере 25 000 руб.

Разрешая спор, суд пришел к выводу о том, что истцом доказано распространение ответчиками вышеприведенных сведений и исходил из того, что распространенные ответчиками сведения не соответствуют действительности и порочат честь и достоинство истца. Данный вывод суда сторонами не оспаривается.

При таких обстоятельствах, суд обоснованно взыскал с ответчиков в счет компенсации морального вреда 80000 руб. с учетом требований ст. 151 ГК РФ, конкретных обстоятельств дела.
Размер компенсации морального вреда определен судом с учетом характера неправомерных действий ответчика и соответствует требованиям разумности и справедливости, а довод жалобы ответчика о завышенной компенсации морального вреда – не основанным на материалах дела.

Определяя размер денежной компенсации, подлежащей взысканию с ответчика Жириновского В.В. в пользу каждого из истцов, суд учел, что недостоверные сведения были распространены ответчиком в отношении высшего органа исполнительной власти города и высшего должностного лица города, перед представителями средств массовой информации, в связи с чем стали известны неограниченному кругу зрителей телеканала «Россия».

Разрешая заявленные исковые требования в части возложения на ФГУП ВГТРК обязанности опровергнуть распространенные ответчиком Жириновским В.В. сведения, суд пришел к обоснованному выводу о том, что ФГУП ВГТРК подлежит освобождению от ответственности за распространение данных сведений.

При этом суд исходил из того, что ФГУП ВГТРК в эфирах программ «Вести в субботу» и «Вести недели» дословно воспроизвела фрагмент официального выступления Жириновского В.В., наравне с выступлениями других лидеров парламентских партий, после официальной встречи Президента РФ с лидерами парламентских партий, осуществляя информирование в соответствии с Федеральными Законами «О гарантиях равенства парламентских партий при освещении их деятельности государственными общедоступными телеканалами и радиоканалами», «О порядке освещения деятельности органов государственной власти в государственных средствах массовой информации», в связи с чем в соответствии с положениями п.4 ч.1 ст.57 Закона «О средствах массовой информации» ответственность за характер распространенных ответчиком Жириновским В.В. сведений ВГТРК нести не может.