деловая репутация и товарный знак

В споре о защите деловой репутации с «Коммерсантъ» арбитражный суд Москвы исходил из того, что публикация о производстве кондиционеров под товарным знаком, лицензиатом которого является истец, не затрагивает этого истца, если он в тексте не назван и нарушения закона ему не приписано. Иск об обязании опубликовать опровержение отклонен.

Лицензиат требовал опровержения статьи о другой компании, в которой упоминался бренд, принадлежащий истцу по лицензии, хотя редакция до подачи иска исправила текст. Суд отказал по существу: сведения, в которых истец не назван, не могут быть предметом иска по статье 152 ГК РФ.

Вместе с тем, предметом оспаривания по ст. 152 ГК РФ не может являться оспаривание сведений, в которых истец не назван.

Суд добавил, что в статье не было и сведений о нарушении истцом закона, то есть порочащего характера применительно к нему:

Никаких сведений о нарушении истцом норм действующего законодательства в оспариваемой статье не содержится.

Апелляционный разбор того же дела – здесь.

Интересное дело. Не в меру активный правообладатель товарного знака рассылал письма контрагентам торговой компании…

Суд посчитал, что общий контекст информации, характер ее изложения и смысловая нагрузка позволяют определить спорную информацию как порочащую, поскольку являются утверждениями о нарушениях истцом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в общественной жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности.

Кроме того, названные утверждения порочат деловую репутацию истца, поскольку создают у потенциальных партнеров, клиентов или заказчиков ложное представление о том, что истец, будучи субъектом хозяйственной деятельности, осуществляют ее с грубейшими нарушениями действующего законодательства. Такие утверждения формируют негативное общественное отношение к хозяйственной деятельности истца и наносят ему репутационный вред.

Такие утверждения формирует негативное общественное отношение к деловой (хозяйственной) деятельности истца и наносят ему репутационный вред.

В ходе рассмотрения спора по существу ответчиком не представлено достаточных и достоверных доказательств в подтверждение достоверности опубликованных сведений.

Примечательно, что суд не стал сосредотачиваться на отдельных фразах писем, а просто «признал действия компании ненадлежащими и порочащими деловую репутацию общества».

Материалами дела не подтверждается, что имело место распространение информации о деятельности именно истца. Оспариваемые сведения представляют собой выдержку из размещенного на сайте ответчика словаря – перечня ряда слов и понятий с разъяснением их содержания и смысла. Какое-либо прямое или косвенное указание на истца и его деятельность в оспариваемом отрывке отсутствует. Истец полагает, что имеет место косвенное указание на его деятельность с учетом того обстоятельства, что он является правообладателем товарного знака «СТИЗ», производные от которого перечислены в оспариваемом отрывке. Между тем, указанное утверждение является предположительным и не свидетельствует о том, что оспариваемая информация распространена именно об истце.

Ссылка истца на ранее принятый судебный акт по делу А40-152282/13 не свидетельствует о распространении сведений, порочащих деловую репутацию истца, поскольку в рамках этого дела оспаривался текст иного содержания, включающий прямое указание на наименование товарного знака, принадлежащего истцу.