Защита деловой репутации

Так, само по себе возбуждение уголовного дела в отношении одного из должностных лиц истца не может являться достаточным доказательством соответствия действительности распространенных сведений в отношении организации – Управления делами Президента РФ.

В соответствии с п. 2 ст. 152 ГК РФ и ст. 43 Закона РФ «О средствах массовой информации», гражданин ил организация вправе потребовать от редакции опровержения не соответствующих действительности и порочащих их честь и достоинство сведений, которые были распространены в данном средстве массовой информации. Если сведения, порочащие честь и достоинство или деловую репутацию гражданина распространены в средствах массовой информации, они должным быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации.
Согласно ст. 44 Закона РФ «О средствах массовой информации» в опровержении должно быть указано, какие сведения не соответствуют действительности, когда и как они были распространены данным средством массовой информации. Опровержение в периодическом печатном издании должно быть набрано тем же шрифтом и помещено под заголовком «Опровержение», как правило, на том же месте полосы, что и опровергаемое сообщение или материал.

Утверждение об отсутствии в компании карьерного роста носит характер субъективного оценочного суждения, а кроме того, не отвечает признаку порочащих лицо сведений, поскольку кадровая политика, в том числе условия и характер занятия тех или иных должностей, является внутренним делом коммерческой организации…

В соответствии со ст. 1110 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию. Принимая во внимание характер допущенных ответчицей нарушений законных прав и интересов истца, ограниченность области распространения порочащих сведений, а также материальное положение ответчицы и нахождение у нее на иждивении малолетнего ребенка, суд полагает необходимым уменьшить размер компенсации до 5000 руб.

Администрирование обычно включает в себя: обеспечение функционирования сервера, на котором располагается сайт; поддержание сайта в работоспособном состоянии и обеспечение его доступности; осуществление резервного копирования компонентов сайта и параметров настройки баз данных; проведение организационно-технических мероприятий по защите информации на сайте от несанкционированного доступа; осуществление инсталляции программного обеспечения, необходимого для функционирования сайта, в т.ч. в случае аварийной ситуации; регистрацию сотрудников, обслуживающих сайт, и предоставление права на изменение информации на сайте; проведение регламентных работ на сервере (замена или дополнение компонентов сайта, ведение лог-файлов архивных копий, контроль наличия свободного табличного пространства базы данных и др.); обеспечение размещения информации на сайте; осуществление постоянного мониторинга за состоянием системы безопасности сервисов, необходимых для корректной работы приложения и информации на сайте; выполнение работ по модернизации и доработке функциональных сервисов сайта; внесение изменений в структуру и дизайн сайта; иные виды работ.

Таким образом, ответственность за содержание информации на сайте администратора домена должен нести владелец домена, как лицо, создающее технические условия для посетителей своего Интернет-ресурса. Следовательно, фактическое использование ресурсов сайта невозможно без участия в той или иной форме администратора домена, являющегося лицом, создавшим соответствующие технические условия для посетителей своего Интернет-ресурса.

Согласно общим выводам специалиста, проведенный семантический и синтаксический анализ фрагмента «в переходе озирается неприметная женщина, подозревают, что именно она вторая шахидка» показывает, что в первом предложении сведения переданы в форме явного (эксплицитного) утверждения, во втором предложении «подозревают, что именно она вторая шахидка» придаточное предложение «что именно она вторая шахидка» передает сведения в форме предположения. На это указывает семантика глагола «предполагать» и толкования его значений, представленные в толковых словарях русского языка. Специалист указывает, что фраза «подозревают, что именно она вторая шахидка» представляет собой сложноподчиненное предложение, причем главное предложение – подозревают – является неопределенно-личным, то есть указывает на неопределенный круг лиц. Следовательно, авторство сведений, передаваемых во фразе «подозревают, что именно она вторая шахидка», не определено – данные сведения в форме предположения отнесены к неопределенному кругу лиц. Анализируя спорную фразу «Лицо современного терроризма такое же простое, незаурядное…», специалист приходит к выводу, что эта фраза представляет собой эксплицитное, то есть явное сравнение; в рассматриваемой фразе человек, относительно которого произносится эта фраза, не отождествляется с террористом, речь идет о сходстве по внешнему виду, то есть сообщается, что террористов трудно отличить от обычных людей. Отвечая на поставленные вопросы, специалист указывает, что использованное сравнение внешнего облика женщины в видеоряде с характеристиками терроризма преследует цель показать, что проявления терроризма до какого-то момента обыденны; террористы часто не отличаются от обычных людей, более того, обычные люди могут вызывать ложные подозрения у окружающих. Таким образом, специалист приходит к выводу, что слово лицо не обозначает женщину, представленную в видеоряде, а указывает на характеристики внешнего сходства сравниваемых сущностей (л.д.46-55)…

Суд указал, что утверждения истца, содержащиеся в исковом заявлении о распространенных по телекоммуникационным системам недействительных и порочащих сведений, представляют собой лишь ее собственную трактовку этих сведений и их субъективное видение и представление по данному вопросу, отличное от фактического содержания как самих фраз, произнесенных ведущим программы, так и общего содержания программы.

Содержательно-смысловой анализ спорного сюжета как по отдельным предложениям, так и в целом показал, что в нем не содержится утверждений о нарушении истцом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота.

Таким образом, истец не доказал факт распространения о нём сведений порочащего характера. В связи с недоказанностью факта распространения сведений и их порочащего характера оценка на соответствие сведений действительности судом не дается.

Так как требования истца об обязании ответчика опровергнуть сведения не обоснованны, отсутствуют правовые основания для удовлетворения требования о взыскании компенсации морального вреда. Кроме того, заявляя данное требование, истец не доказал факт причинения нравственных или физических страданий и размер компенсации, который зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

При отказе в удовлетворении заявленных требований суд руководствовался ст.57 ФЗ «О средствах массовой информации», в соответствии с которой редакция, главный редактор, журналист не несут ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство граждан и организаций, либо ущемляющих права и законные интересы граждан, либо представляющих собой злоупотребление свободой массовой информации и (или) правами журналиста, если эти сведения присутствуют в обязательных сообщениях; если они получены от информационных агентств; если они содержатся в ответе на запрос информации либо в материалах пресс-служб государственных органов, организаций, учреждений, предприятий, органов общественных объединений; если они являются дословным воспроизведением фрагментов выступлений народных депутатов на съездах и сессиях Советов народных депутатов, делегатов съездов, конференций, пленумов общественных объединений, а также официальных выступлений должностных лиц государственных органов, организаций и общественных объединений; если они содержатся в авторских произведениях, идущих в эфир без предварительной записи, либо в текстах, не подлежащих редактированию в соответствии с настоящим Законом; если они являются дословным воспроизведением сообщений и материалов или их фрагментов, распространённых другим средством массовой информации, которое может быть установлено и привлечено к ответственности за данное нарушение законодательства Российской Федерации о средствах массовой информации.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что суд с достаточной полнотой исследовал представленные по делу доказательства в их совокупности и пришёл к правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований, т.к. ФГУ «Редакция «Российская газета» не несёт ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство граждан; от исковых требований к Пятилетовой Л., Митволю О.Л. истец откатался; судом отказ от иска в этой части был принят. При этом суд отметил, что интервью журналисту «Российской газеты» давало конкретное лицо - Митволь О.Л., от требований к которому истец отказался. Одновременно суд указал, что интервью - один из жанров журналистики; оно является особым видом произведений, созданных в соавторстве; авторские права в такой ситуации принадлежат как лицу, давшему интервью, так и лицу, проводившему его.

Из интервью усматривается, что приведённые в нём сведения не носят порочащего истца характера; его фамилия в интервью не названа; его представитель пояснила судебной коллегии, что он под следствием никогда не был; «лобового конфликта» с Префектом округа не имел. В публикации не усматривается порочащего деловую репутацию истца характера, т.к. указанные сведения не содержат утверждений о нарушении истцом действующего законодательства; совершении нечестного поступка; неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни; недобросовестности при осуществлении его деятельности; нарушении деловой этики или обычаев делового оборота. Доводы представителя истца о том, что распространённые сведения имеют характер порочащих и умаляющих его деловую репутацию, суд признал несостоятельными.

Таким образом, суд обоснованно указал, что фамилии Немцова, Рыжкова и Милова употреблены в этом вопросе и ответе на него не в качестве имен собственных, а исключительно в нарицательном значении этих фамилий для обозначения определенного класса политических деятелей, обладающих сходным набором методов ведения политической дискуссии, что явно следовало из обобщающего характера данного вопроса и корреспондирующего ответа на него, указывающего на общую, не индивидуализированную группу политиков.
Одновременно, суд учел, что требований об опровержении иных высказываний Председателя Правительства Российской Федерации Путина В.В. в отношении данной категории лиц применительно к продолжению названной фразы: «Денег и власти, чего они еще хотят?! … Их от кормушки оттащили, они поиздержались, хочется вернуться и пополнить свои карманы. Но, я думаю, что если мы позволим им это сделать, они отдельными миллиардами уже не ограничатся, они всю Россию распродадут», - в рамках настоящего иска Немцовым Б.Е., Рыжковым В.А. и Миловым В.С. не заявлялось.

Данные суждения в установленном порядке истцами оспорены не были, хотя носили с оспариваемым высказыванием «В свое время они поураганили, в 90-х годах, утащили вместе с Березовскими и теми, кто сейчас находится в местах лишения свободы, о которых мы сегодня вспоминали, немало миллиардов» - взаимосвязанный характер.

Как правильно указал суд, в своем выступлении Председатель Правительства Российской Федерации Путин В.В. выделил определенные факторы, побуждающие ранее названную группу лиц к сомнительным действиям, направленным на достижение «денег и власти», одним из которых являлась общая обстановка, сложившаяся в 90-ых годах прошлого века, когда представители государства и приближенные к ним лица, часть из которых «сейчас находится в местах лишения свободы», «утащили … немало миллиардов».

Данное высказывание являлось отражением непосредственного восприятия Путиным В.В. как Председателем Правительства РФ (ранее Президентом РФ) тех проблем и явлений, которые существовали на момент его назначения (избрания) на должность.

Проанализировав содержание статьи «Компания недели: Marshall Capital Partners», оценив содержание статьи как в целом, так и оспариваемые фрагменты, принимая во внимание общую смысловую направленность текста статьи суд считает, что в оспариваемых фрагментах содержатся сведения о фактических обстоятельствах.

Суд считает, что оспариваемые фрагменты в статье: «Компания недели: Marshall Capital Partners», относится к сведениям, поскольку являются утверждением о фактах, событиях, которые поддаются проверке на соответствие или не соответствие их действительности, и носят порочащий характер, так как характеризует юридическое лицо, его руководителя в целом как нарушающие в своей деятельности нормы, установленные законодательством, нормы деловых отношений.

Данные сведения создают у читателей негативное мнение относительно деловой репутации Компании истцов, отражают негативные результаты их деятельности, порочат деловую репутацию Компании как субъекта предпринимательской деятельности.

Оценив содержание указанной передачи в целом, так и оспариваемые сведения в контексте передачи, арбитражный суд приходит к выводу о том, что оспариваемые сведения не подлежат опровержению в судебном порядке.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.05 г. N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции РФ, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Однако в спорной статье, которая, по мнению истца, содержит порочащие его сведения, нет ни одного упоминания о нем. В статье не приведено ни полного наименование истца, ни сокращенно его наименования.

К материалам дела приобщены два протокола осмотра от 28.07.09г. и от 02.11.10г., в которых не отражено, что производился осмотра сайта начиная с главной страницы сайта. Из представленных протоколов усматривается, что осуществлялся только осмотр страницы с адресом www.smeta.ru/intr/2009 51 html. Кроме того, в первом и во втором случае осмотр начинался с поиска через общую поисковую систему Windows Internet Explorer определенной страницы.

Факт осуществления поиска статьи через общую поисковую сеть в Интернете доказывает то, что истец искал конкретную страницу, заранее зная адрес интернет - страницы, на котором располагается статья.

ВЫСШИЙ АРБИТРАЖНЫЙ СУД
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации
№ ВАС-223/11
Москва 14 марта 2011 г.

Коллегия судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в составе председательствующего судьи Моисеевой Е.М., судей Маковской А.А., Поповой Г.Г. рассмотрела в судебном заседании заявление закрытого акционерного общества «ИНТЕКО», г. Москва от 30.12.2010 и заявление Батуриной Е.Н. о пересмотре в порядке надзора решения Арбитражного суда города Москвы от 24.02.2010 по делу № А40-129741/09-12-865, постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2010 и постановления Федерального арбитражного суда Московского округа от 27.10.2010 по тому же делу, по иску ЗАО «ИНТЕКО» (далее – общество) и Батуриной Е.Н. к Немцову Б.Е. о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей и обязании ответчика опровергнуть несоответствующие действительности и порочащие деловую репутации истцов сведения, изложенные в брошюре «Независимый экспертный доклад «ЛУЖКОВ.ИТОГИ», автором которой является ответчик.

Типичное, увы, для нынешних времен, определение Мосгорсуда по спору газеты «Ведомости» и Роскомнадзора. Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций Министерства связи и массовых коммуникаций РФ вынесла предупреждение издателю газеты в связи со статьей Майи Кучерской, усмотрев в ней положительную оценку терроризма (!).

Речь идет о статье «Вечные ценности. Провал коммуникации», в которой, в частности, указывалось следующее: «Она сама, с ясной головой и твердым шагом пошла взрывать невиновных. И себя. Это значит только одно: она давно жила в том самом аду, терять который было не жаль. И еще она потеряла надежду. Можно было, конечно, уйти из жизни в одиночестве, но, видимо, ей хотелось…. Толь ли отомстить? А может, еще и докричаться? Прокричать напоследок про удушающую власть беззакония, про собственное бесправие, беззащитность, смертный страх за родных – про то, что мы не хотим знать, когда это касается других. Она не сомневалась: иначе её просто не услышат. Теракт – это еще и уродливая, больная попытка коммуникации с оглохшим миром».

Отказывая в удовлетворении требований, суды двух инстанций, правильно применив положения пункта 7 статьи 4, части 1 статьи 14, статьи 44 Закона о конкуренции, пункта 1 статьи 1229, пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, проанализировав содержание представленных в материалах дела доказательств, в том числе справки Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам, обоснованно исходили из того, что использование Обществом при реализации отбойных пневматических молотков обозначения «аналог ЗСО», сходного до степени смешения с товарным знаком по свидетельству № 368870, правообладателем которого является ООО «Завод строительного оборудования», а также размещение на интернет-сайте http://www.pnevmo.ru не соответствующих действительности и порочащих ООО «Завод строительного оборудования» сведений, являются актом недобросовестной конкуренции, нарушают пункты 1, 2, 4 части 1 статьи 14 Закона о защите конкуренции.

На телеканале РЕН ТВ 28 ноября 2009 года, в программе «******» был показан сюжет о коррупционном скандале в ****** области. В ходе сюжета человеком, чье лицо скрыто, была произнесена, в частности, фраза: «На дочь губернатора Лапонову переводились имущественные права, денежные средства, полученные в результате преступлений». При этом в кадре имеется подпись «оперативный сотрудник УФСБ по ****** области»…

Суд также обосновано пришел к выводу о том, что оспоренная фраза, в которой упомянута фамилия истца и родство истца с Губернатором ***** области, не содержит иных сведений об истце, которые могли бы быть проверены на предмет соответствия их действительности. Из содержания оспоренной фразы не следует, что истцом совершались какие-либо действия, поскольку говорившим использован возвратный глагол («переводились»), который не указывает на исполнителя действия.

При оценке оспоренной фразы суд учел, что непосредственное произнесение фразы предваряется словами журналиста: «Все это, по словам представителей правоохранительных органов, вызвало у них массу вопросов. Над поисками ответов милиционеры и сотрудники ФСБ из Москвы и ***** работали почти год. И выяснили, по их словам, удивительные вещи». Указанные слова свидетельствуют о том, что оспоренная фраза является выражением субъективного мнения лица, ее произнесшего, в связи, с чем не может являться предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, т.к. не может быть проверена на предмет соответствия ее действительности. Указанный вывод суда основан на п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, также деловой репутации граждан и юридических лиц», которым разъяснено, что судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.