Защита деловой репутации

Судом установлено, что основанием обращения Лебедева А.И. с иском в суд послужило письменное обращение, подписанное 13 членами ЖСК «Драматург», в том числе Мережко В.И. и Огановым С.Д., адресованное Уполномоченному по правам человека Российской Федерации, поступившее 24.05.2010, содержащее следующие фрагменты, об опровержении которых просит истец:

Так, судом правильно принято во внимание, что между лицами, участвующими в деле, имеются спорные (конфликтные) отношения по вопросам участия и руководства в ЖСК «Драматург»; указанные обстоятельства не оспаривались сторонами, в том числе в суде кассационной инстанции. При таких данных, с учетом способа изложения оспариваемых сведения в письменном обращении, суд пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемое коллективное обращение членов ЖСК «Драматург» к Уполномоченному по правам человека РФ содержит субъективное мнение членов ЖСК о деятельности Лебедева А.И. как председателя кооператива, а также об обстоятельствах и способе его избрания, в связи с чем не могут быть проверены на соответствие действительности в порядке, предусмотренном ст. 152 ГК РФ.

Между тем, суд не учел, что в указанной части его решение неисполнимо, поскольку *-* не является ответчиком по данному силу, в связи с чем в отношении него не могут быть применены принудительные меры исполнения решения суда. Следовательно, если он не организует в течение шести месяцев со дня вступления решения в законную силу концерт своей группы в г. *-*, на котором должен будет предоставить Троицкому А.К. возможность опровергнуть распространенные им сведения об истце, к нему нельзя будет применить мер, предусмотренные законодательством об исполнительном производстве, с целью понудить организовать такой концерт, а значит, решение суда в части опровержения останется неисполненным.

Не отрицая права истца на опровержение порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию сведений, судебная коллегия полагает необходимым отменить решение суда в указанной части и направить дело на новое рассмотрение, предложив суду определить другой способ опровержения: с одной стороны – реально исполнимый, а с другой – эквивалентный способу распространения указанных сведений.

Из указанных фрагментов статьи следует, что большая часть содержащихся в них утверждений может быть проверена на соответствие действительности, следовательно, данные утверждения являются сведениями.

Ссылка заявителей кассационных жалоб на отсутствие порочащих истцов сведений во фрагменте «..российской связью «рулит Малофеев» не является основанием для вывода о неправильной квалификации судом распространенных в спорной статье сведений как диффамации, поскольку указанный фрагмент правильно рассмотрен судами в общем контексте статьи и в совокупности с иными оспариваемыми сведениями.

Из пояснений истца и показаний свидетеля Думайлова В.И. следует, что 24.05.2011 во время перерыва в судебном заседании в рамках дела № А24-869/2010 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Бегемот», конкурсным управляющим которого является истец, Цирковная А.Р. произнесла в его адрес: «Вы мошенник в рамках правового закона, мошенник в законе»…

Поскольку показания свидетеля Думайлова В.И. соответствуют требованиям, установленным указанными нормами закона, суд принимает их в качестве доказательств по делу на основании статей 67, 68 АПК РФ, подтверждающих факт распространения сведений, порочащих честь и достоинство истца.

В связи с этим, суд признает несостоятельным довод ответчика о том, что никаких фраз непосредственно Баранкову Ю.О. она не произносила, поскольку он опровергается показаниями свидетеля Думайлова В.И., предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и не доверять которым у суда нет оснований.

Лицо, которое полагает, что высказанное оценочное суждение или мнение, распространенное в средствах массовой информации, затрагивает его права и законные интересы, может использовать предоставленное ему п. 3 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 46 Закона Российской Федерации от 27.12.1991 г. № 2124-1 «О средствах массовой информации» право на ответ, комментарий, реплику в том же средстве массовой информации в целях обоснования несостоятельности распространенных суждений, предложив их иную оценку.

Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением в соответствии со ст. 130 Уголовного кодекса Российской Федерации и ст. ст. 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Право на свободное выражение своего мнения включает в себя право каждого свободно искать, получать передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, в том числе, путем опубликования доклада.

Необходимо отметить, что сам процесс критики, оценки и осуждения деятельности государственных органов не может рассматриваться незаконным, а, следовательно, выводы такого процесса и их дальнейшее оглашение – порочащими, поскольку это всегда сопряжено с выражением субъективного мнения, содержащего оценочные суждения, что не противоречит ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и ст. 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, и позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации.

Данное положение также применимо при рассмотрении настоящего спора.

В публикации не использовался оскорбительный либо невоздержанный язык, и она не выходила за пределы общепризнанной степени преувеличения или провокации, использование которых предусмотрено журналистской свободой, гарантированных Конституцией Российской Федерации.

Доводы истца о том, что изложенные ответчиком в письмах фразы о том, что он является «неуправляемым руководителем, сделавшим государственную собственность источником собственной наживы», «беспредельщиком, который борется с государственным ВУЗом в отместку на неудовлетворенный аппетит к деньгам, которые Грачев и К на протяжении нескольких лет незаконно «делают» на сданной ими в аренду государственной собственности», «зарвавшийся Грачев», являются сведениями порочащими его честь, достоинство и деловую репутацию, необоснованны и не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, поскольку приведенные выше фразы являются оценочными суждениями ответчика, в связи, с чем не могут являться предметом судебной защиты в порядке ст.152 ГК РФ и не могут быть признаны порочащими честь и достоинство истца.

В данных выражениях не содержится никаких утверждений о деятельности истца - ООО «МИЛАС ЭКСТРА». Истец в данном утверждении не упоминается. При отсутствии индивидуализации Истца в распространенных сведениях отсутствует и негативная оценка конкретного лица, в том числе ООО «МИЛАС ЭКСТРА»…

Более того, по своей конструкции вторая фраза вы думаете, оно чем-то отличается от взрослого? это вопросительное предложение, а не утверждение.

Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд первой инстанции правильно руководствовался разъяснениям, содержащимся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», согласно которым, судам необходимо иметь в виду, что в случае, когда сведения, по поводу которых возник спор, сообщены в ходе рассмотрения другого дела участвовавшими в нем лицами, а также свидетелями в отношении участвовавших в деле лиц, являлись доказательствами по этому делу и были оценены судом при вынесении решения, они не могут быть оспорены в порядке, предусмотренном статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлен специальный порядок исследования и оценки данных доказательств. Такое требование, по существу, является требованием о повторной судебной оценке этих сведений, включая переоценку доказательств по ранее рассмотренным делам.

Отклонен так же довод ответчика об отсутствии норм права, предусматривающие компенсацию репутационного (нематериального) вреда.

Так, из смысла пункта 15 Постановления Пленума ВС РФ № 3 от 24.02.2005 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а так же деловой репутации граждан и юридических лиц» следует, что правила, регулирующие компенсацию морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих деловую репутацию гражданина, применяются и в случаях распространения таких сведений в отношении юридического лица.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что распространенные Трехалиной Ф.В. сведения порочат честь, достоинство, деловую репутацию Невзорова Н.В., поскольку содержащиеся в рассматриваемых по настоящему делу обращениях выражения носят оскорбительный характер, направлены на то, чтобы умышленно настроить жильцов дома против истца; порождают почву для формирования крайне негативного образа истца у жителей дома; содержат утверждения о нарушении Невзоровым Н.В. действующего законодательства, фальсификации документов, совершении обмана при подсчете результатов голосования на общих собраниях собственников, недобросовестности при осуществлении деятельности в должности председателя правления ТСЖ «Авиамоторная 4-1»; умаление подобным родом чести, достоинства, деловой репутации истца недопустимо…

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что вывод суда первой инстанции об удовлетворении иска Невзорова Н.В. об обязании Трехалиной Ф.В. опровергнуть порочащие честь и достоинство сведения, путем размещения на информационных стендах, расположенных около подъездов дома … корпус … по улице …, в течение 10 дней с момента вступления решения в законную силу, объявления с указанием на то, что ранее указанные сведения о том, что председателя ТСЖ никто не выбирал, о бесконтрольном расходовании истцом бюджетных денег, об обмане жильцов, о намерении совершить аферу, является обоснованным, поскольку факт распространения оспариваемых сведений, содержащихся в обращении к жильцам дома, достоверно доказан; сведения носят порочащий характер, поскольку содержат утверждения о нарушении Невзоровым Н.В. действующего законодательства, совершении нечестных поступков, неправильном поведении в общественной жизни, недобросовестности при осуществлении деятельности в должности председателя правления ТСЖ «Авиамоторная 4-1». При этом Трехалиной Ф.В. не представлены доказательства, в том числе и в суд кассационной инстанции, подтверждающие соответствие действительности распространенных сведений.

Так, факт распространения Онищенко Г.Г. информации, порочащей деловую репутации истца, не подтвержден документально, поскольку доводы истца построены на субъективном выводе об относимости сведений, содержащихся в представленных текстах сюжета и на его субъективной трактовке…

…В соответствии со ст. ст. 1473, 1474 ГК РФ средством индивидуализации юридического лица является его фирменное наименование, которое должно содержать указание на его организационно-правовую форму и собственно наименование юридического лица.

Однако, в тексте пресс-конференции ответчиком, не употребляется фирменное наименование истца, а также в тексте не содержится каких-либо иных сведений, позволяющих его идентифицировать.

Истец не указал, какие именно сведения порочат его деловую репутацию.

Кроме того, истцом не доказано, что сведения распространил ответчик. Согласно справке ЗАО «Региональный Сетевой Информационный Центр», администратором домена «гемотест.рф» является N. Требования к администратору домена «гемотест.рф» истцом не заявлены. Требование истца об обязании ответчика прекратить действие домена гемотест.рф также не может быть удовлетворено, т.к. действующее законодательство РФ, в т.ч. ст. 152 ГК РФ, не предусматривает такого способа защиты права по искам о защите деловой репутации. Кроме того, неясно, что имел ввиду истец, требуя прекратить действие домена.

Таким образом, суд пришел к выводу, что сведения, указанные в спорной карикатуре, выражены в форме утверждения, не соответствуют действительности, не подтверждены ни статическими, ни научно обоснованными исследованиями, носят порочащий характер, умаляющий достоинство истца, как производителя молока«36 копеек» 3,2% жирности (ГОСТ Р 52090-2003) и вызвают негативные ассоциации у потенциальных потребителей.

Довод ответчика о том, что спорные сведения были распространены в рубрике «Мы пошутили» признается судом необоснованным, поскольку спорная карикатура представляет собой самостоятельное произведение и вполне может быть оценена читателем самостоятельно. Кроме того, слова «Мы пошутили» расположены на стр.164 журнала, тогда как спорная карикатура расположена на стр.165…

Банкир намерен взыскать с издания 133 млн рублей.

Владелец Национального резервного банка (НРБ) Александр Лебедев совместно с руководством банка подали четыре иска в Московский арбитражный суд на газету «Коммерсантъ», сообщает «Лента.ру». «Авторы исков требуют взыскать с газеты в общей сложности 133 млн рублей в качестве компенсации за нанесённый ущерб деловой репутации НРБ», — пояснил советник Лебедева Артём Артёмов. Он также рассказал, что с ноября 2010 года на страницах газеты «Коммерсантъ» несколько раз выходили «порочащие деловую репутацию НРБ публикации». В частности, по словам Артёмова, «газета сообщала, что якобы в отношении НРБ расследуется уголовное дело о хищении средств государственной поддержки, выделенных на санацию банка «Российский капитал», которой занимался НРБ в период глобального экономического кризиса». Далее Артёмов пояснил, что информация не является достоверной и подобного уголовного дела в отношении НРБ никогда не было. «К НРБ и лично к Лебедеву никогда никаких претензий не было на этот счёт ни у правоохранительных органов, ни у Центробанка, ни у Агентства по страхованию вкладов», — добавил советник Лебедева. // защита деловой репутации

Статья 151 ГК РФ предусматривает, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 2 ст. 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Нормативные акты, регламентирующие вопросы вексельного законодательства, а именно ФЗ № 48 « О простом и переводном векселе» от 11.03.2007 года , Постановление ЦИК СССР и СНК ССР от 07.08.1937 года № 104/1341 « О введение в действие Положения о простом и переводном векселе» не содержат норм, которые предусматривали бы возможность компенсации морального вреда в связи с нарушением имущественных прав гражданина в сфере указанных отношений. Таким образом, моральный вред за нарушение вексельных обязательств компенсации не подлежит.