Защита деловой репутации

Особенно приятно, что в определениии коллегии нашли отражение практически все доводы, приведенные нами в ходе судебного заседания…

Как следует из ответа Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций №05-35225: «В соответствии с уставом, направленным в Роскомнадзор в соответствии с требованиями Закона о СМИ, редакция журнала «Русский репортер» не является юридическим лицом».

Поскольку редакция журнала «Русский репортер» не является самостоятельным юридическим лицом, то в качестве ответчика может быть привлечен учредитель средства массовой информации. Указанная правовая позиция содержится в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц».

В соответствии со ст. 421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора и при квалификации его следует исходить из содержания его условий.

Из условий лицензионного договора №14/30-057/1 от 06 февраля 2009г. п.п.3.1.,3.2 следует, что Заявителю со ссылкой на ч. 7 ст. 1260 ГК РФ переданы права по материально-техническому обеспечению производства и 5 А40-79718/13 выпуска продукции средства массовой информации, т.е. издательские права в части производства журнала, что не противоречит ст.22 Закона о СМИ, но по делам, вытекающим из содержания распространенной информации, ни издатель, ни распространитель продукции средства массовой информации не являются надлежащими ответчиками, поскольку, исходя из положений Закона о СМИ, эти лица не вправе вмешиваться в деятельность редакции, в ходе которой определяется содержание сообщений и материалов, что следует из Постановления №16.

Ссылка Заявителя на ч.7 ст. 1260 ГК РФ является необоснованной и не имеющей отношения к рассматриваемому требованию.

Портал Право.ru опубликовал репортаж о судебном заседании в 9-й ААС по делу ОАО «ИСКЧ» v. журнал «Русский репортер». Интересы истца преставляло наше бюро.

Описание процесса, как это водится, напоминает комикс, но, по крайней мере, суть постановления коллегии изложена верно:

Издатель «Русского репортера» доказывал в апелляции, что решение, обязывающее журнал опровергнуть статью, напрямую затрагивает его права и обязанности, а ответственность неправомерно возложена на учредителя. Инициатор спора – Институт стволовых клеток человека – возражал, что отвечать должен именно учредитель, так как редакция журнала юрлицом не является. Коллегия пересматривать решение отказалась.

К репортажу следует добавить…

1. В выходных данных журнала апеллянт значится только лишь как «издатель», то есть «предприятие осуществляющее материально- техническое обеспечение производства продукции средства массовой информации» (ст. 2 Закона о СМИ).

Суд посчитал, что общий контекст письма, характер его изложения и смысловая нагрузка позволяют определить спорную информацию как порочащую, поскольку являются утверждениями о нарушениях истцом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в общественной жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности.

Названные утверждения порочат деловую репутацию истца, поскольку создают у потенциальных партнеров, клиентов или заказчиков ложное представление о том, что истец, будучи субъектами хозяйственной деятельности, осуществляют ее с грубейшими нарушениями действующего законодательства. Такие утверждения формируют негативное общественное отношение к хозяйственной деятельности истца и наносят им репутационный вред.

С учетом этого, исковое требование о защите деловой репутации путем признания сведений не соответствующих действительности и порочащих деловую репутацию истца а также путем обязания отозвать направленное в адрес министра по физической культуре и спорту Ростовской области письмо от 27.02.2014 г. № 06-4-10/487 подлежит удовлетворению.

Так истец просит взыскать 1 000 000руб. нематериального (репутационного) вреда.

Учитывая, что на момент обращения с иском в суд оспариваемые сведения не соответствовали действительности, то суд пришел к выводу о взыскании с ответчика 250 000руб. компенсации, поскольку истцом представлены доказательства, свидетельствующие о наступлении для него неблагоприятных последствий, в связи с направлением обращений от юридических лиц об отказе от коммерческих предложений.

Администратор домена — физическое лицо, или индивидуальный предприниматель, или юридическое лицо, на которого зарегистрировано доменное имя.
Таким образом, ответственность за содержание информации на сайте администратора домена должен нести владелец домена, т.к. фактическое использование ресурсов сайта невозможно без участия в той или иной форме администратора домена, являющегося лицом, создавшим соответствующие технические условия для посетителей своего Интернет-ресурса.

Ответчик (Сливкин Егор Александрович) как администратор доменного имени определяет порядок использования домена, несет ответственность за выбор доменного имени, возможные нарушения прав третьих лиц, связанные с выбором и использованием доменного имени, а также несет риск убытков, связанных с такими нарушениями.

Между тем, как правильно утверждал истец, Никитин Василий Александрович также должен нести ответственность за распространение порочащих сведений, в связи с тем, что он являлся администратором указанного сайта в период опубликования статьи и на дату подачи искового заявления, что отвечает принципам деликтной ответственности.

Сомнительная тяжба, похоже, пошла на второй круг… )

Тем самым при рассмотрении дела суд первой инстанции вопрос о соответствии действительности распространенных в публикации сведений о том, что у Кургиняна С.Е. имеется самостоятельный фонд в Республике Кипр, по существу не проверил; характер данного высказывания с учетом политического статуса истца и целей Международного общественного фонда «Экспериментальный творческий центр» (Центр Кургиняна), не установил; вопрос о том, каким образом оспариваемая публикация повлияла на деловую репутацию истца и нарушила ли она его право на доброе имя, не выяснил; обстоятельства, в условиях которых была опубликована оспариваемая статья и какое значение она несла, во внимание не принял; противоречия между представленными в дело доказательствами, оцененными судом при вынесении решения, проигнорировал и не устранил, однако к выводу о том, что оспариваемая публикация не содержит информации о совершении истцом нечестного поступка, нарушения им норм действующего законодательства, неправильном и неэтичном поведении в личной и общественной жизни, пришел.

Один из самых забавных судебных актов, которые читал в последнее время. Судьям иногда хочется подтрунить над сторонами…

Согласно утверждению истца он, как представитель ЛГБТ-сообщества (сообщества Лесбиянок. Геев, Бисексуалов, Трансгендеров), являясь правозащитником, узнав о высказывании ответчика, воспринял это на свой счет, получив при этом морально-нравственные страдания, испытав при этом чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

Рассматривая спор, суд указал, что доказательств того, что истец Баев Н.В. присутствовал на выступлении 08 декабря 2013 г. в городе Новосибирске не представлено, в отношении истца Баева Н.В. ответчиком никаких высказываний не производилось. Отношение высказываний ответчика по поводу гомосексуалистов и их парадов конкретно к истцу Баеву Н.В. не доказано. Ответчик не является публичным лицом, не занимает никакой государственной должности, он высказал свое оценочное мнение. Между тем, истец как человек, который в качестве своей деятельности указывает правозащитную, не только не должен испытывать дословно «чувство страха, тревоги и собственной неполноценности», но является человеком мужественным и стойким, что позволяет ему защищать интересы лиц, которые действительно нуждается в защите…

Оценив представленные доказательства, судом установлено, что спорная информация содержит утверждения о фактах, поскольку изложена в утвердительной форме, не содержит оценочных суждений, при ее прочтении складывается определенное мнение, не является выражением субъективного взгляда и может быть проверена на предмет соответствия действительности.

Суд посчитал, что общий контекст статьи, характер ее изложения и смысловая нагрузка позволяют определить спорную информацию как порочащую, поскольку являются утверждениями о недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности.

Кроме того, названные утверждения порочат деловую репутацию истца, поскольку создают у потенциальных партнеров, клиентов или заказчиков ложное представление о том, что истец, будучи субъектом хозяйственной деятельности, осуществляют ее недобросовестно. Такие утверждения формируют негативное общественное отношение к хозяйственной деятельности истца и наносят ему репутационный вред.

О мнениях, убеждениях и фактах…

При этом суд исходил из того, что:

-сведения «Руководство ОАО «ГАО ВВЦ» считает нелегитимной деятельность компании РВА на территории Всероссийского выставочного центра» изложены в форме мнения:

-сведения «В настоящий момент государственная регистрация данного договора не произведена, а с учетом изменений в законодательстве она не возможна, что означает отсутствие у ЗАО «РВА» правовых оснований на использование занимаемого земельного участка»изложены в форме убеждения;

-сведения «В этой связи ОАО «ГАО ВВЦ» неоднократно обращалось в судебные инстанции о прекращении деятельности ЗАО «РВА» на территории ВВЦ. В настоящее время соответствующие иски рассматриваются в суде» соответствуют действительности и не носят порочащего характера;

-сведения «ОАО «ГАО ВВЦ» неоднократно поднимало этот вопрос перед правоохранительными и надзорными органами»-соответствуют действительности;

-сведения « так как в основе деятельности Всероссийского выставочного центра лежит требования безопасности людей. Аттракцион «Колесо обозрения «Москва-850» был изготовлен и построен на ВВЦ в 1995 году» ,«ОАО «ГАО ВВЦ» обращается ко всем компетентным службам о незамедлительной остановке «Колеса обозрения «Москва-850» во избежание несчастных случаев. Руководство Всероссийского выставочного центра просит гостей ВВЦ воздержаться от посещения этого аттракциона» выражены в форме мнения и убеждения ответчика.

Типичная ситуация и типичная, увы, ошибка коллег. Ответчиком выступила редакция, которая не является юридическом лицом…

В своем ходатайстве о приобщении документов , поступившего в суд 29.04.2014 г., истец указывает , что выписка из ЕГРЮЛ не может быть представлена, так как редакция «Известий» не является юридическим лицом, а статусом юридического лица обладает учредитель ОАО «Редакция газеты «Известия».

Однако истец не заявил о замене указанного им ответчика редакцию «Известий» на ОАО «Редакция газеты «Известия» или привлечения указанного общества к участию в деле в качестве ответчика, а ссылаясь на ст. 43 ФЗ «О средствах массовой информации настаивал о своих требованиях к редакции «Известий».

В указанной статье предусмотрено, что гражданин или организация вправе потребовать от редакции опровержения не соответствующих действительности и порочащих их честь и достоинство, которые были распространены в данном средстве массовой информации.

Однако такая формулировка ст. 43 Закона не раскрывает понятие редакции и не исключает предъявление иска в соответствии с требованиями ст.ст. 27,40, 44 АПК РФ к организации, являющейся юридическим лицом.

Проект № 804132-6
в третьем чтении

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН

О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и статьи 29 и 402 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации

Статья 1
Внести в Федеральный закон от 27 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (Собрание законодательства Российской Федерации, 2006, № 31, ст. 3448; 2010, № 31, ст. 4196; 2011, № 15, ст. 2038; № 30, ст. 4600; 2012, № 31, ст. 4328; 2013, № 14, ст. 1658; № 23, ст. 2870; № 27, ст. 3479; № 52, ст. 6961, 6963; 2014, № 19, ст. 2302; № 30, ст. 4223, 4243; № 48, ст. 6645; 2015, № 1, ст. 84) следующие изменения:
1) статью 2 дополнить пунктом 20 следующего содержания:
«20) поисковая система – информационная система, осуществляющая по запросу пользователя поиск в сети «Интернет» информации определенного содержания и предоставляющая пользователю сведения об указателе страницы сайта в сети «Интернет» для доступа к запрашиваемой информации, расположенной на сайтах в сети «Интернет», принадлежащих иным лицам, за исключением информационных систем, используемых для осуществления государственных и муниципальных функций, оказания государственных и муниципальных услуг, а также для осуществления иных публичных полномочий, установленных федеральными законами.»;
2) дополнить статьей 103 следующего содержания:

Материалами дела не подтверждается, что имело место распространение информации о деятельности именно истца. Оспариваемые сведения представляют собой выдержку из размещенного на сайте ответчика словаря – перечня ряда слов и понятий с разъяснением их содержания и смысла. Какое-либо прямое или косвенное указание на истца и его деятельность в оспариваемом отрывке отсутствует. Истец полагает, что имеет место косвенное указание на его деятельность с учетом того обстоятельства, что он является правообладателем товарного знака «СТИЗ», производные от которого перечислены в оспариваемом отрывке. Между тем, указанное утверждение является предположительным и не свидетельствует о том, что оспариваемая информация распространена именно об истце.

Ссылка истца на ранее принятый судебный акт по делу А40-152282/13 не свидетельствует о распространении сведений, порочащих деловую репутацию истца, поскольку в рамках этого дела оспаривался текст иного содержания, включающий прямое указание на наименование товарного знака, принадлежащего истцу.

Деловая репутация – есть убежденность неопределенного круга лиц в надежности, порядочности, компетентности лица во взаимоотношениях с партнерами по предпринимательской деятельности.

Таким образом, суд установил, что данные утверждения сформулированы в утвердительной форме, носят порочащий характер, не соответствуют действительности.

Таким образом, в вышеуказанных письмах приведены ничем не подтвержденные факты и обстоятельства, содержащие негативную информацию о деятельности истца, недобросовестной и неэффективной хозяйственной и предпринимательской деятельности общества. Растиражировав вышеуказанные недостоверные сведения, ответчик нанес ущерб деловой репутации истца. Сведения, изложенные в указанной форме, однозначно негативно характеризуют деятельность истца, оказывая значительное отрицательное влияние на внешнюю оценку репутации общества.

Суд приходит к выводу о том, что требования предъявлены к ненадлежащим ответчикам – компаниям Google Inc. и YouTube LLC, которые не являются авторами и (или) распространителями оспариваемых видеоматериалов.

Автор или лицо, публикующее эти сведения, не передает их ответчикам для размещения и распространения, а размещает их самостоятельно непосредственно в сети Интернет в режиме on-line, и ответчики не контролируют такое размещение.

Как видно, оспариваемые видеоматериалы размещены на веб-сайте пользователем ресурса «YouTube» (никнейм — Uralvideol).

Условиями использования Google, размещенными в сети Интернет (http://www.google.com/intl/ru/policies/terms/), предусмотрено, что ответственность за все действия, которые выполняются в сервисах Google с помощью аккаунта Google, несут владельцы (пользователи) таких аккаунтов.

Правилами пользования ресурсом «YouTube», размещенными в сети Интернет (http://www.youtube.com/t/terms), которые принимаются всеми его пользователями, также предусмотрено, что «YouTube» не вносит в контент какие-либо изменения или исправления (п. 1.5); «YouTube» не несет ответственности за любое использование (законное или противоправное) контента третьей стороной (п. 7.10). При этом, пользователь «YouTube» соглашается с тем, что он несет полную ответственность (перед «YouTube» и иными лицами) за любые действия, совершаемые с его аккаунта на «YouTube» (п. 4.3); несет исключительную ответственность (a «YouTube» не несет никакой ответственности перед ним или какой-либо третьей стороной) за нарушение его обязательств, предусмотренных этими Условиями, а также за последствия подобного нарушения (включая любые убытки и ущерб, которые могут быть нанесены «YouTube» (п. 5.6); несет исключительную ответственность за собственный контент и за последствия его загрузки, размещения или опубликования на Веб-сайте; «YouTube» не выражает поддержки какому-либо контенту или любому из выраженных в нем мнений, рекомендаций или советов, и в той степени, насколько позволяет применимое законодательство, не несет ответственности за содержание такого контента (п. 7.3).

Таким образом, доказательств распространения спорных видеоматериалов ответчиками суду не представлено. С учетом недоказанности факта распространения оспариваемых сведений компаниями Google Inc. и YouTube LLC, довод истцов о том, что ответчики наделены правом уничтожения информации, не может служить основанием для удовлетворения исковых требований.

Поскольку истцами не доказан факт распространения ответчиками оспариваемых сведений, что исключает возможность удовлетворения иска о защите деловой репутации, суд не входит в исследование вопроса о порочащем характере этих сведений и несоответствии их действительности.

При этом суд исходит из того, что отзыв был размещен ответчиком Горбуновым А.В., в связи с чем обязанность по опубликованию резолютивной части решения суд возлагает на Горбунова А.В. Обязанность по удалению с сайта оспоренных истцом сведений и обеспечению размещения резолютивной части решения суд возлагает на ответчика ООО «Информационное агентство «Банки.ру», как владельца сайта banki.ru в сети Интернет.

В то же время, суд не находит оснований для удовлетворения требования истца о взыскании с ответчика Горбунова А.В. суммы компенсации репутационного вреда. По мнению суда, удовлетворение требования о признании размещенных сведений не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию АКБ «ФОРА-БАНК» (ЗАО) отвечает цели защиты нарушенных прав истца и соответствует неблагоприятным последствиям размещения указанных сведений для истца. При этом суд также учитывает невозможность установления достоверности размещенных сведений, исходя из процедуры хранения денежных средств в индивидуальном банковском сейфе.