Изобретатель v. университет: не распространение. Апелляция

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 09АП-34140/2025 г. Москва Дело № А40-182135/24 26 августа 2025 года Резолютивная часть постановления объявлена 19 августа 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 26 августа 2025 года Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Т.В. Захаровой, судей А.И. Проценко, В.В. Валюшкиной, при ведении протокола судебного заседания секретарем N8, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу N1 и ООО «N» на решение Арбитражного суда города Москвы от 19 мая 2025 года по делу №А40-182135/24, по исковому заявлению N1, ООО «N» к Федеральному государственному автономному образовательному учреждению высшего образования «N» третьи лица: Министерство здравоохранения Российской Федерации , Благотворительный фонд «N» , N2, N3, о защите деловой репутации, при участии в судебном заседании: от истца: N1 (паспорт), от ответчика: N7 по доверенности от 17.04.2025, от третьих лиц: не явились, извещены,
У С Т А Н О В И Л: N1 (далее – истец1), ООО «N» (далее – истец2) обратились в Арбитражный суд города Москвы с иском к Федеральному государственному автономному образовательному учреждению высшего образования «N» (далее – ответчик) об обязании принести
извинения в письменном виде ООО «N» и N1 в связи с распространением порочащих сведений их сотрудником, о взыскании морального вреда, причиненного сотрудниками ответчика, выразившийся в умалении чести, достоинства и деловой репутации, в размере 50 000 000 руб. К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Министерство здравоохранения Российской Федерации, Благотворительный фонд «N», N2, N3.
Решением от 19 мая 2025 года Арбитражный суд города Москвы в удовлетворении исковых требований отказал.
Не согласившись с принятым решением, истцы обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просят решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.
В обоснование доводов апелляционной жалобы истцы указали, что суд вынес решение без учета и выяснения всех обстоятельств, имеющих значение для дела, не принял во внимание недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела.
Третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, в связи с чем, жалоба рассмотрена без их участия в порядке, установленном статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
В судебном заседании истец поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить, иск удовлетворить.
Представитель ответчика возражал по доводам, изложенным в жалобе, просил решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей истцов и ответчика, исследовав материалы дела, пришел к выводу, что решение Арбитражного суда города Москвы от 19.05.2025 не подлежит отмене по следующим основаниям.
В обоснование своих требований истцы указывают, что на базе ФГАОУ ВО «N» (далее – университет) создан и осуществляет свою деятельность центр «N».
Его деятельность направлена на развитие предпринимательской культуры в университете, помощь инициативным обучающимся и сотрудникам в реализации стартап-проектов.
N1, является изобретателем прибора «N» – аппаратно-программного комплекса для самостоятельного мониторинга состояния организма на основе технологии Накатани (Риодораку).
29.02.2024 в 03:37 N1 подал заявку на участие в Акселерационной программе «N» от своего имени.
При этом никаких упоминаний о компании ООО «N» как в заявке, так и в спорных разговорах между представителями истцов и ответчика не указано.
14.05.2024 между истцом N1 и представителями университета N2 и N3, являющимися членами Организационного комитета Акселерационной программы «N», состоялась онлайн-встреча по средствам видеоконференции в программе ZOOM, которая проходила в рамках Акселератора.
Истец указал, что N2 донесла сведения порочащего характера до N1, до N3
Также об этом разговоре знали, по словам N2 «настоящие ученые», которые ей подтвердили, что электропунктурная диагностика - это фейк.
А также, возможно, после разговора она общалась с трекером проекта - N5, с которым она обещала провести «воспитательную беседу».
По мнению истцов, порочащими сведениями является: 1. Прибор «N» – фейк, а наша деятельность близко к мошеннической. 2. Электропунктурная диагностика - волшебное измерение волшебных полей. 3. Доказательной базы нет, нет научных исследований, исследования по вашем методу отсутствуют на сайте PubMed, значит метод недостоверен. Российские исследования я не смотрела. Не во что вникать.
4. Минздрав напрочь коррупционный орган, который раздает медицинские лицензии на не пойми что.
5. Методические рекомендации Минздрава РФ по электропунктурной диагностике - это подделка.
6. Клинические исследования метода Накатани, предоставленные проектом, проведенные в научно-исследовательском институте «N», детской поликлиникой «N1», научно-исследовательском институте «N2» – это фикция.
7. Подпись на Дипломе Всероссийского медицинского форума «N» академика, д.м.н., N6 ничего не значит, т.к. он, как и ректор университета, глубоко не вникает в документы, которые ему приносят на подпись; мне очень жаль, что подпись N6 ставится на дипломы проектов не имеющей доказательной эффективности.
8. Везде много людей покупают заряженную воду, волшебные камни; продается туча макулатуры.
9. Доктора медицинских наук Японии (родоначальник технологии) и других стран, поддерживающие вашу технологию, не являются для нас авторитетами, т.к. нет доказательной базы и исследований, и они не являются докторами доказательной медицины.
10. Я проведу воспитательную беседу с вашим трекером, я имею педагогическое образование.
11. Также N4 в ходе разговора высказал следующую фразу: наш юридический отдел сотнями выигрывает судебные дела у родителей отчисленных студентов.
Вышеизложенное послужило основанием для обращения истцов с настоящим иском.
Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что оспариваемые истцами сведения являются негативными оценочными суждениями, которые не могут являться предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являются выражением субъективного мнения и взглядов лиц, оставивших их, суд первой инстанции отказал в удовлетворении исковых требований.
Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и считает, что доводы апелляционной жалобы истцов подлежат отклонению по следующим основаниям.
Деловая репутация в силу статьи 150 ГК РФ является нематериальным благом и защищается в соответствии с названным Кодексом и другими законами.
Согласно пункту 1 статьи 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют
действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.
Правила этой статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, применяются к защите деловой репутации юридического лица (пункт 11 статьи 152 ГК РФ).
В Обзоре практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016 (далее - Обзор), указано, что решение об удовлетворении иска о защите чести, достоинства и деловой репутации выносится судом в случае установления совокупности трех условий: сведения должны носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности. При этом заявитель обязан доказывать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, и порочащий характер этих сведений. На ответчика же возложена обязанность доказать, что распространенные им сведения соответствуют действительности. Отсутствие хотя бы одного обстоятельства из обязательной совокупности вышеперечисленных условий для удовлетворения иска является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.
Аналогичные разъяснения относительно перечня условий для удовлетворения иска и распределения бремени доказывания приведены в пунктах 7 и 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» (далее - Постановление N 3).
Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.
Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.
При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ (если только они не носят оскорбительный характер), поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (пункт 9 Постановления N 3, пункт 6 Обзора, статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод).
Согласно пункту 9 Постановления N 3 истец обязан доказать факт распространения сведений о нем и порочащий характер этих сведений. Ответчик обязан доказать, что порочащие истца сведения соответствуют действительности.
В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.
В данном случае избранный истцом способ защиты подразумевает исключительно оценку соответствия действительности и порочащий характер той или иной информации.
Согласно пункту 5 Постановления N 3 строго ограничен перечень лиц, к которым может быть предъявлен иск о защите чести, достоинства и деловой репутации.
Надлежащими ответчиками по таким искам являются авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения. Если оспариваемые сведения были распространены в средствах массовой информации, то надлежащими ответчиками являются автор и редакция соответствующего средства массовой информации (СМИ).
В данном случае ответчик не является ни автором, ни распространителем указанных в исковом заявлении сведений, поскольку самостоятельно не осуществлял действия по опубликованию и (или) распространению указанной истцами информации.
Кроме того, ответчик не зарегистрировано в качестве СМИ, а, следовательно, на него не распространяются положения законодательства, регулирующие деятельность СМИ.
Таким образом, поскольку ответчик не является автором указанной истцами информации, данную информацию не размещал (не распространял), то на него не может быть возложена предусмотренная законом ответственность за произведенные иными лицами действия по распространению информации, которую истец считает порочащей.
Учитывая, что 14.05.2024 между истцом N1 и представителями университета в лице N2 и N3, являющимися членами Организационного комитета Акселерационной программы «N», состоялась онлайн-встреча по средствам видеоконференции в программе ZOOM, которая проходила в рамках Акселератора, и проходила в закрытом формате без участия третьих лиц, признать состоявшуюся онлайн-встречу «распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан или юридических лиц» невозможно.
Данный довод был предметом рассмотрения суда первой инстанции и ему дана соответствующая оценка, суд пришел к обоснованному выводу о том, что «ответчиком были приняты все необходимые меры по сохранению конфиденциальности разговора, который состоялся между представителем ООО «N» - N1 и представителями университета - N2 и N3, а именно он не опубликовывал сведения в печати, не демонстрировал в средствах массовой информации, не распространял в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, не указывал данные сведения в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностными лицами, или третьим лицам. Данный разговор состоялся в закрытом режиме онлайн-встречи по средствам видеоконференции в программе ZOOM, которая обеспечивает защиту данных участников конференции шифруя видео и аудио изображения от несанкционированного распространения третьим лицам, не имеющим отношения к Акселератору. Сообщение спорных сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем чтобы они не стали известными третьим лицам.
Оценив представленные доказательства, суд пришел к выводу о том, что факт распространения указанных сведений материалами дела не подтвержден, само по себе сообщение заинтересованному лицу мнения, таковым не является. Как N2, так и N3 являются представителями ответчика.
Учитывая изложенное, факт распространения ответчиком сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц истцами не доказан.
Исходя из определения признаков сведений, которые могут рассматриваться в качестве порочащих, данных Верховным Судом Российской Федерации в абзаце 5 пункта 7 Постановления N 3, под такими сведениями следует понимать несоответствующие действительности сведения, содержащие утверждение о
нарушении лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица, т.е. сведения, свидетельствующие о совершении лицом действий предосудительного характера.
Таким образом, именно сведения в форме утверждений о фактах, касающихся неправомерной деятельности определенного лица, поддаются проверке на соответствие или несоответствие их действительности и, вследствие этого, именно они могут быть предметом опровержения в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Право свободно выражать свое мнение, включающее свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи, в том числе в таком средстве коммуникации, как сеть Интернет, предусмотрено нормами международного права, в частности статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьей 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, статьей 29 Конституции Российской Федерации.
Оспариваемые сведения не содержат ни одного утверждения о нарушении истцами действующего законодательства, совершении нечестных поступков, нарушении деловой этики и иных тому подобных сведений, являющихся порочащими в том значении, которое придается данному термину правоприменительной практикой.
Что также подтверждается расшифровкой аудиозаписи общения с N2 и N3, являющемся приложением №2 к исковому заявлению истцов, в которой отсутствует упоминание об «прибор «N»», «ООО «N»», «N1».
В этой связи, спорные сведения не являются утверждениями о фактах, а представляют собой личное мнение/суждение, изложенное в критической форме, носят оценочный и предположительный характер, поскольку вырваны из контекста аудиозаписи, что искажает смысл высказанных N2, которые не были адресованы лично к N1 или ООО «N», а, по сути, являются изложением ее личного мнения/суждения, сформировавшегося вследствие ее субъективного восприятия сложившейся ситуации, в связи с чем, не может быть расценено как сообщение о фактах и быть проверено на предмет соответствия действительности, а потому, по своему содержанию, порочащими не являются.
Спорные высказывания являются мнением/суждением N2, что в соответствии с Пленумом Верховного суда № 3 не могут являться предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ.
Как следует из п. 9 Пленума Верховного суда № 3, при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.
В пп. 5, 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016, разъяснено, что при рассмотрении дел о защите чести и достоинства одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению, является характер распространенной информации, то есть установление того, является ли эта информация утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением.
При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо учитывать, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ.
Данный довод также был предметом рассмотрения суда первой инстанции и ему дана соответствующая оценка.
Также истцы в апелляционной жалобе указывают, что «суд не принял во внимание признанный университетом факт оскорбления, нанесенный N2 N1 и ООО «N», обосновывая это тем, что в силу абз.б п.9 Постановления Пленума ВС РФ, если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением.
Однако данное утверждение не соответствует действительности, поскольку отсутствуют доказательства, подтверждающие данный факт.
Под оскорблением понимается унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме.
Оскорбление может быть нанесено в виде высказывания (устно, письменно) или в виде действия (плевок, пощёчина, неприличный жест) в отношении конкретного лица.
Оскорбительный характер сведений в отношении ответчиков материалами дела не подтверждается.
Таким образом, истцами не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии утверждений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию N1 и деловую репутацию ООО «N», а также не доказан факт распространения сведений порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц.
Более того, суд апелляционной инстанции отмечает, что избранный истцами способ защиты в виде обязания принести извинения в письменном виде ООО «N» и N1 не направлен на защиту деловой репутации и не может привести к восстановлению прав истцов. В рамках защиты своего нарушенного права гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (пункт 9 статьи 152 ГК РФ). В пункте 11 той же статьи определено, что правила о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица. Вступление в силу с 01.10.2013 новой редакции статьи 152 ГК РФ, исключившей возможность компенсации морального вреда в случае умаления деловой репутации юридических лиц, не препятствует защите нарушенного права посредством заявления юридическим лицом требования о возмещении вреда, причиненного репутации юридического лица (определение Верховного Суда Российской Федерации от 18.11.2016 N 307-ЭС16-8923 по делу N А56-58502/2015). Данный вывод следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 N 508-О, в котором отмечено, что отсутствие прямого указания в законе на способ защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации убытков, в том числе нематериальных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание , которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 ГК РФ). Данный вывод основан на положениях статьи 45 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которыми каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (часть 2). Под вредом, причиненным деловой репутации, следует понимать всякое ее умаление, которое проявляется, в частности в наличии у юридического лица убытков, обусловленных распространением порочащих сведений и иных неблагоприятных последствиях в виде утраты юридическим лицом в глазах общественности и делового сообщества положительного мнения о его деловых качествах, утраты конкурентоспособности, невозможности планирования деятельности и т.д. Следовательно, юридическое лицо, чье право на деловую репутацию нарушено действиями по распространению сведений, порочащих такую репутацию, вправе требовать восстановления своего права при доказанности общих условий деликтной ответственности (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.07.2012 N 17528/11). Наличие вины ответчика презюмируется (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). При этом противоправный характер действий ответчика должен выражаться в распространении вовне (сообщении хотя бы одному лицу), в частности посредством публикации, публичного выступления, распространения в средствах массовой информации, сети Интернет, с помощью иных средств телекоммуникационной связи, определенных сведений об истце, носящих порочащий и не соответствующий действительности характер. При этом факта распространения ответчиком сведений, порочащих деловую репутацию истца, недостаточно для вывода о причинении ущерба деловой репутации и для выплаты денежного возмещения в целях компенсации за необоснованное умаление деловой репутации. На истце, в силу требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лежит обязанность доказать обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих требований, то есть подтвердить, во-первых, наличие сформированной репутации в той или иной сфере деловых отношений (промышленности, бизнесе, услугах, образовании и т.д.), во-вторых, наступление для него неблагоприятных последствий в результате распространения порочащих сведений, факт утраты доверия к его репутации или ее снижение. Истцы, вопреки требованиям упомянутой процессуальной нормы, доказательств названных обстоятельств, входящих в бремя его доказывания, не представили.
Поскольку заявителями не доказана совокупность обстоятельств, имеющих в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, значение для дела, основания для удовлетворения заявленных требований у суда первой инстанции отсутствовали.
Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в обоснование заявленных требований, заявителями не доказан факт того, что сведения, распространенные ответчиком, порочат деловую репутацию заявителей и наносят ей репутационный вред.
При данных обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований. В суде апелляционной инстанции истец заявил ходатайство о проведении лингвистической экспертизы.
Согласно ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает
экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.
Апелляционный суд также исходит из того, что по смыслу статей 67, 82 АПК РФ само по себе заявление стороной ходатайства не является безусловным основанием для о назначении судебной экспертизы, т.к. при разрешении такого ходатайства суд должен учитывать относимость указанных в ходатайстве сведений к предмету спора, действительную необходимость привлечения специальных познаний, а также наличие и достаточность представленных доказательств для разрешения соответствующего вопроса. Утверждение как лингвистическая категория не тождественно утверждению о факте как юридической (правовой) категории, поскольку последнее четко идентифицируется с точки зрения возможности доказывания, в то время как утвердительная форма высказывания возможна как в отношении сведений о факте, так и в отношении мнения, суждения, оценки, изложенных их носителем. В этом и есть различия между утверждением о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и имеющим место оценочным суждением, мнением, убеждением, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности, независимо от того, в какой форме сообщены и те, и другие.
Предлагаемые истцами к постановке перед экспертами вопросы носят правовой характер, не требуют специальных познаний, могут быть разрешены судом без назначения экспертизы, ввиду чего проведение экспертизы по поставленным истцами вопросам является необоснованным.
При изложенных обстоятельствах, оснований для применения ст. 82 АПК РФ не имеется, в связи с чем, судом апелляционной инстанции отказано в удовлетворении ходатайства о проведении экспертизы (ч. 2 ст. 268 АПК РФ).
Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции апелляционный суд не усматривает и признает, что все существенные обстоятельства дела судом установлены, правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно и спор разрешен в соответствии с установленными обстоятельствами и представленными доказательствами при правильном применении норм процессуального права.
Таким образом, оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам жалобы, а также безусловных, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.
Расходы по госпошлине в соответствии со ст. 110 АПК РФ возлагаются на заявителя жалобы.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 266-268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд,
П О С Т А Н О В И Л:
Решение Арбитражного суда города Москвы от 19 мая 2025 года по делу №А40-182135/24 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.
Председательствующий судья Т.В. Захарова
Судьи А.И. Проценко
В.В. Валюшкина